Удивлены? Я тоже)). Была, когда скачала и начала читать саму книгу.
Прежде всего, следует знать, что книг «Кумулипо» на английском языке сегодня в хождении ДВЕ:
- в авторстве последней королевы Гавайев Лилиокалани (Лилиу)
- и одной из самых известных историков и фольклористов М.Бэквит.
Различаются они тем, что у королевы «Кумулипо» — это чистый текст сказания без единого комментария. Прямо скажу, читать его даже мне (человеку, прочитавшему не одну книгу про Гавайи с английского) — исключительно сложно. Потому что она ЦЕЛИКОМ написана на гавайском))). А еще… скучно. Потому что это белый стих, типа гомеровских, с чисто гавайскими бесконечными повторами и ну очень медленно развивающимся сюжетом. Скажем, если появляются ракушки, то сначала появляются белые ракушки, потом в крапинку, потом с зубчатым краем, потом… ну, вы поняли. И так по каждой позиции.
Никакой ожидаемой после изучения танца о Сотворении мира философии и мудрости вы не найдете. Если она и есть, ее ну очень трудно будет там разглядеть)).
Во всяком случае, я очень быстро переключилась на вариант Марты Бэквит. Которую знаю давно, еще по книге «Сказание о Лаиэ-и-ка-Вай» (богине Радуги), изданной еще в СССР. В этой книге половину занимает ее комментарий, из которого я почерпнула немало интересного о том самом времени, когда гавайцы жили общинами до прихода иноземцев.
И не ошиблась. В ее варианте каждая глава начинается с ее пояснений, после чего приводится фрагмент сказания на гавайском (с сильными сокращениями на повторы))) — и ты уже понимаешь контекст во всех его УРОВНЯХ смыслов))). Но даже в этом случае данное чтение — для фанатов гавайского языка, их милейших двусмысленных поговорок и контекстов их природных аналогий.
В этой статье я попробую перечислить места мифа, показавшиеся мне самыми интересными — по очередности их появления в эпосе. Прежде всего — содержание книги:
Свои комментарии я буду писать простым текстом, а оформлять в цитаты — прямые цитаты Бэквит.
И разобью всю книгу на несколько логически связанных разделов, для удобства восприятия.
ГЛАВЫ 1-3. Ранг на Гавайях. Первенец и Табу
Гавайское Кумулипо — это генеалогическое молитвенное песнопение, связывающее королевскую семью, к которой оно принадлежало, не только с основными богами и обожествленными вождями, но и со звездами на небесах, растениями и животными, полезными для жизни на земле, которые также должны быть названы в цепочке рождения, и их представителями в духовном мире.
Именно поэтому в этой, вобщем-то генеалогической песне, отражено всё сотворение мира вообще.
Первое из чтений Кумулипо было на церемонии в храме капитана Кука, когда его приняли как бога Лоно (1779г); второе — во время смерти Кеумоку(1804г). Кеумоку был дядей и сторонником Камехамехи 1 и отцом его любимой жены, Леди Алапаи. Королева Лилиу отождествляет ее с дочерью (великого вождя) Ка-‘И-‘и-мамао от его собственной дочери, «женщины-вождя самого высокого ранга в то время в Коко, Оаху». Этот союз принес вождю шутливое прозвище «Вакеа», намекающее на миф о том, что первоначальный предок гавайских людей был ребенком бога Неба Вакеа от его дочери, рожденной ему матерью-Землей.
И такие союзы, по-видимому, были приняты среди высокопоставленных лиц. Чтобы понять, какой вклад внесло такое пение в престиж знатной семьи, необходимо знать кое-что об условиях, на которых правящий вождь сохранял свой титул, позволяющий контролировать права на землю и, в конечном счете, жизнь и деятельность своих последователей.
Часть исследователей полагает при этом, что связь Бога Неба со своей дочерью была придумана, чтобы оправдать подобную реальную практику среди гавайской высшей знати. Однако, последний год я плотно изучаю мировую историю, и о подобной практике в Британии по сей день, да и Европе, говорит наш видный историк Андрей Фурсов, да и список Эпштейна и педофильные практики в самых престижных колледжах Англии тоже. Такая же история — в самых древних монархиях Китая, Японии, Мексики и везде по миру. Приходившие всюду РОДОНАЧАЛЬНИКИ самых известных династий жестко держались правила не смешиваться с коренным населением, и потому вынуждены были вступать в отношения строго среди пришедших с ними отрядов из «своих». Которых было, конечно, не много. Сегодня в Европе это связано с тем, что членов древних королевских родов осталось совсем мало (Меровинги, Медичи, Рюрики и тд. Романовы сюда не входят).
ПОЛОЖЕНИЕ на старых Гавайях, как социальное, так и политическое, зависело в первую очередь от ранга, а чин зависел от кровного происхождения — отсюда важность генеалогии как доказательства высокого происхождения. Божественные почести воздавались только тем вождям, которые могли продемонстрировать такое накопление унаследованной святости, что ставили их в один ряд с богами среди людей. Поскольку ребенок наследовал ранг от обоих родителей, он мог претендовать на более высокий ранг, чем любой из них… поэтому девственность высокородной девушки тщательно охраняется до рождения ее первенца. Небрежность в обеспечении соблюдения прав табу понижала ранг. …
В итоге высший ранг получал ребенок родных брата и сестры, и в зависимости от того, что это за родство, потомок имел бы право на разную степень почитания в форме табу. К примеру:
- Союз брата и сестры — это pi‘o («выгибающийся дугой») союз, символизируемый фигурой лука. Ребенком от союза пи’о был акуа, бог. Ребенок от такого союза настолько священен, что о нем говорят как о «огне, полыхании, неистовом зное, только ночью такие дети могут разговаривать с мужчинами», чтобы тень бога, падающая на дом, не сделала его священным, следовательно, непригодным для жилья. Человеку, даже случайно осквернившему таким образом священное табу главного, грозила смерть. Поэтому вождь божественного ранга отправлялся за границу (своего жилища) ночью, а самых священных вождей всегда носили на носилках (манеле), чтобы даже их шаги не делали землю запретной.
- отпрыски двоюродных — имели право на табу «падающий ниц» (как и пио), тапу-моэ,
- отпрыски сводных, а также от связи отца с дочерью (как в нашем танце) получали только табу «приседающий», тапу-а-нохо.»
Вот почему на Гавайях вожди так заботились о сохранении своей генеалогии, как я встречала, даже на 600 колен назад (и если в нее вписать даже ракушек, то почему бы и нет))).
В документе Форнандера подчеркиваются меры предосторожности, принятые для того, чтобы сохранить высокородную пару порознь и девственницей до момента их первого спаривания. Это происходит в своего рода палатке под охраной, и после этого за девочкой внимательно наблюдают, чтобы убедиться в происхождении ее ожидаемого потомства. При первых признаках беременности на нее накладывается табу, чтобы зло не постигло ребенка из-за колдовства или непреднамеренного оскорбления божеств. Тем временем людей призывают «танцевать в честь моего ребенка, все вы, мужчины, все вы, вожди». Именные песни (na inoa) сочиняются и поются о сельской местности. Во время рождения вызывается священник, приносятся жертвы, «бьют в барабаны и с интервалами возносятся молитвы из отдельного места в честь ребенка». Если рождается сын, его «приводят к божеству в присутствии жрецов», то есть в heiau, или храм. Там священник перевязывает пуповину и перерезает ее бамбуковым ножом.
Затем за теми, кто составлял меле (песнопение), послали, чтобы они составили меле иноа, который должен восхвалять и подчеркивать родословную нового будущего вождя, чтобы подчеркнуть его отличия, когда он родится.
И когда барды сочинили свои меле удовлетворительно, они были переданы танцорам хула — в их обязанности также входило определять позы и жесты, а также обучать иноа и хула.
После этого мужчины и женщины из отряда хула танцевали и декламировали меле иноа нерожденного вождя с великой радостью, продолжая это до тех пор, пока не родился принц.
… и когда ребенок рождался, если это был мальчик, его относили в хеиау, где церемониально перерезали пуповину. Когда веревка была впервые перевязана олоной [волокном], кахуна, взяв бамбуковый [нож], вознес молитву, взывая к богам неба и земли и к богам короля кааи [кости предков, хранящиеся в плетеных корзинах], изображения которых стояли там ….
Ребенок Ка-‘И-‘и-мамао, в честь которого, как говорят, было «названо» пение Кумулипо, несомненно, родился в пурпуре, как мы говорим. Семейное имя ‘I означает «верховный», а эпитет мамао выражал право на высокий ранг первенца дочери правящей семьи ‘I округа Хило от того Кеаве, которого называли «главным вождем острова».
Две семьи были тесно связаны кровным родством; ребенок был первенцем своей матери, следовательно, он считался богом среди людей, с младенчества носившим звание вождя ниаупио, имеющего право на строжайшее из табу, капу моэ или табу на простирание ниц, капу вела или жгучее табу. Простолюдины должны падать ниц перед ним, начальники низкого ранга должны приседать, приближаясь к нему. Если он выходил за границу днем, ему предшествовал крик Тапу! мо! Если предмет, связанный с его личностью, такой как одежда или вода для ванны когда его несли, телохранитель, который нес его, близкий родственник с титулом вохи, предупредил криком Тапу! а нохо! и все должны были опуститься на корточки. Оставаться на ногах в любом случае каралось смертью. Даже вожди, если они более низкого ранга, должны обнажать верхнюю часть тела, входя в его присутствие, в знак почтения.
Степень соблюдения табу на Гавайях, должно быть, сложилась на местном уровне под давлением конкуренции между правящими домами. Это также было средством придания власти священству. Традиция гласит, что табу на простирание ниц с наказанием за его нарушение смертью через сожжение, например, был привезен (на другие острова) с острова Кауаи.
Конечно, идея божественности правящих вождей не является уникальной в Полинезии, а была широко распространена при азиатских дворах.
ГЛАВА 6. Две Династии Камехамеха и Калакауа — и объединение Гавайев
Система наследования в соответствии с рангом всегда опасна разжиганием разногласий между соперниками. Завоевание Камехамехи (объединение Гавайев), которое в конечном итоге привело всю группу к власти одной правящей семьи, началось с борьбы за землю фракции, лишенной наследства, после смерти Калани-опу’у, внука Кеаве…
Действительно, от двух сыновей Кеаве от разных матерей, не без более поздних переплетений семейных отношений, произошли две линии, правившие Соединенным королевством на протяжении всего периода монархии с начала девятнадцатого века до его последнего десятилетия; с одной стороны, правящий дом Камеамеа короли, с другой — Калакауа и его сестра-преемница:
Интересующихся темой отсылаю к соответствующей главе Бэквит.
Я почерпнула несколько интересных мыслей, в частности: Камехамеха 1 не просто оказался в нужное время в нужном месте, встретив двух англичан и через них раздобывшего первые на Гавайях ружья. После чего шансов не объединить Гавайи у него почти не было)). Его род перехватил власть на большом острове по сути через восстание, так что нужных кровей по «табели о рангах» он не имел)). Посему, быстро завоевак Оаху и Мауи, он вступает в династический брак, и это достойно отдельной цитаты:
Вождиня племени Мауи Калола была, по любезному обычаю главных жен, женой двух мужчин сразу:
— в качестве супруги Калани-опу’у — матерью Кивала’о,
— а благодаря сводному брату этого мужа, Коне, — матерью также главной жены Кивала’о.
Эти сводные брат и сестра родили дочь, и эту девушку Камехамеха 1 взял себе в качестве главной жены, матери ветви будущих королей Камехамеа. По линии отца и матери, и с обеих сторон она могла претендовать на связь с чистейшей кровью Мауи, помимо высшей святости, налагаемой тесным смешением кровей сводных брата и сестры. Эта вождиня действительно занимала столь высокое положение, что сам Камехамеа, входя в ее присутствие, должен был обнажить верхнюю часть своего тела.
И еще цитата, в конце главы:
Сексуальная свобода для вождини после рождения ее первого ребенка принималась или даже поощрялась придворными обычаями. Она могла рожать от вторых и иных мужей, оставаясь женой первого… Сам Кеаве известен тем, что смешал свой род с родословной всех семей королевства, как вождей, так и простолюдинов. Но для генеалогических целей номинальный муж, как правило, принимал детей жены как своих собственных, если только фактический родитель не занимал более выгодного положения по рангу и власти, что делало его достойным воспитания амбициозным отпрыском. Путешествие первенца своей матери в поисках признания высокородного отца в далекой стране, следовательно, является излюбленной темой гавайских саг и романов.
Эффект таких свободных супружеских отношений в стране, где наследственная кровь превыше всего при установлении привилегий ранга, можно увидеть в двойной схеме придворных генеалогий, где непрерывная линия происхождения часто зависит от женщины, когда родитель мужского пола терпит неудачу. Обе генеалогии семьи Калакауа, в конечном счете, происходят от матери.
