Это описание привел русский капиан В.М.Головин в своей книге «Путешествие вокруг света на шлюпе «Камчатка» в 1817, 1818 и 1819 годах флота капитана Головнина, глава «О Сандвичевых островах». Так первоначально назывались Гавайи.
Это были последние годы правления Камехамеха 1, время его максимальной силы.
Это очень примечательный очерк о гавайцах в самом начале общения с иностранцами — то, какими удивительными они были уже тогда — в то время, как их пренебрежительно называли «дикарями»:
***
…Сандвичевы острова представляют нам картину, где несколько тысяч взрослых и даже сединами украшенных… «детей» — вступают на ступень «человека взрослого». Картина сия достойна внимания и прилежного наблюдения просвещеннейших людей: ученый и мудрый человек, проживший несколько времени между сандвичанами, открыл бы такие истины, касающиеся до разума, сердца и понятий человека, которых, вероятно, ни один кабинетный философ не мог постигнуть.
Природа не так, как люди, присвояющие себе божескую власть на земле: она не расточает даров своих на любой уголок своих обладаний. Обширный ум и необыкновенные дарования достаются в удел всем смертным, где бы они ни родились, и если бы возможно было несколько сот детей из разных частей земного шара собрать вместе и воспитывать по нашим правилам, то, может быть, из числа их с курчавыми волосами и черными лицами более вышло бы великих людей, нежели из родившихся от европейцев.
Между островитянами, без сомнения, есть люди, одаренные проницательным умом и необыкновенною твердостию духа. Такие люди хотя и считали европейцев, при начальном свидании с ними, существами выше человека, но скоро усмотрели в них те же недостатки, какие и в самих себе находили, и увидели, что они во всем равны.
Летом американцы плавают по проливам Аляски, где выменивают у жителей на разные безделицы бобров, а на зиму удаляются из сей холодной, бурной страны в благорастворенный климат Сандвичевых островов, на которых проводят всю зиму. Весною же опять возвращаются к американскому берегу.
Столь частые и продолжительные посещения их скоро познакомили сандвичан с употреблением многих европейских вещей и даже с обычаями просвещенных народов, к чему более способствовало сильное желание Камехамеха 1 просветить свой народ.
Честными и справедливыми поступками с европейцами и ласковостию к ним он привлек к себе с купеческих судов многих матросов и даже мастеровых, которые поселились между сандвичанами и взяли себе жен из природных островитянок.
Когда здесь был капитан Ванкувер (с 1791 по 1794 год), то король имел уже в своей службе 11 человек европейцев; ныне же их считается на Сандвичевых островах около 150, в числе коих есть слесаря, котельщики, столяры и много плотников и кузнецов.
Теперь 40 лет только, как сандвичане узнали европейцев, и во времена посещения их Куком ружейный выстрел наводил на них ужас; но ныне они имеют до ста пушек разного калибра, коими умеют действовать, и более 6000 человек, вооруженных ружьями и всею нужною для солдата амунициею. На острове Воагу (Оаху), самом прекраснейшем из всей купы, при гавани Гонолулу, построена у них каменная четвероугольная крепость по всем правилам, как строятся приморские укрепления; она выбелена и снабжена нужным числом крепостных орудий. Когда мы подходили к сей гавани, тогда стояли в оной два брига, принадлежащие сандвическому королю, и 4 американских судна. Увидев все их под флагами и сандвический флаг, развевающийся на крепости, я не мог взирать на такой шаг к просвещению сего народа без удивления и удовольствия.
Итак, на 1818г. Сандвичевы острова состоят из островов: Овайги (Большой о-в), Мови (Мауи), Воагу (Оаху), Атуай (Кауаи), Ренай (Ланаи), Моротой (Молокаи), Онигу (Ниихау), и 4 необитаемых — всего 11:
Содержание
- Камехамеха 1 — глазами русского капитана Головнина
- Встреча капитана М.Головнина с женами короля Камехамеха 1
- Армия и военная служба
- Флот, моряки, свои верфи и судостроители
- Навигационное сопровождение иноземных судов
- Полиция
- Торговля гавайцев с иноземцами
- Казна и налоги
- Назначение правителей на острова (губернаторов) и двойные указы
- Географическое описание Сандвичевых островов капитаном Головниным в 1818г
- 1. Остров О’Вайги (Гавайи)
- Овощи и фрукты. Огромные таро
- Животные домашние и дикие. Почему коров много, но их не едят. Для чего нужны собаки
- Соль
- Деревья: сандаловое, бумажное и… ромовое
- 2. Остров Мови (Мауи)
- 3. Остров Воагу (Оаху). Гавань Перл Харбор, пресная вода, плодородная земля
- Ни один американский капитан не приходит сюда, чтоб не привезти семян или самых растений, здесь еще неизвестных
- Животные Оаху
- 4. Остров Ауай (Кауаи)
- 5. Малые острова: Моротой (Молокаи), Ренай (Ланаи), Онигу (Ниихау) и Тагурова (Кахоолаве)
- Религия гавайцев и христианская вера
- Чей Бог сильнее?
- Земля круглая или плоская?
- Человеческие жертвоприношения
- Овагийский Диоген: встреча с шаманом kahuna
- Заметки о простых гавайцах
- Честность гавайцев
- Система привилегий и табу
- Одежда
- Ремесла на Гавайях
- Изделия из растений
- Птицы
- Пьянство, азартные игры и другие пороки
- Послесловие: Кто открыл Гавайи РАНЬШЕ КУКА?
Камехамеха 1 — глазами русского капитана Головнина
Нынешний их король при капитане Куке был простым старшиною, но по родству с тогдашним их владельцем Терребу (части Бол.острова Гавайи — здесь и далее прим.ред.) не мало значил. Тогда он назывался Мйехамейха, но по смерти короля он сумел всю власть на острове Овайги (Бол.о-в) захватить в свои руки, а потом, с помощью вступивших к нему в службу европейцев, покорил все прочие острова и ныне владеет один ими самовластно, бесспорно и покойно. Сделавшись королем, он переменил свое имя и стал называться Тамеамеа (Камехамеха 1).
Тамеамеа уже очень стар: он считает себе 79 лет от роду. Вероятно, что точное число лет ему и самому неизвестно, но наружность его показывает, что большой разности в его счете быть не может. Впрочем, он бодр, крепок и деятелен; воздержан и трезв; крепких напитков никогда не употребляет и ест очень умеренно.
В нем видна разительная смесь ребяческих поступков и самых зрелых суждений и деяний, которые не обесславили бы и европейского государя. Честность его и любовь к справедливости могут показать в настоящем виде разные поступки:
- Недавно при берегах острова Воаги стало на мель английское судно, для облегчения коего, чтоб снять его с мели, капитан принужден был бросить из своего груза 90 слитков меди, каждый весом около 150 фунтов. Медь сия уже была потеряна для хозяина, и экипаж был весьма рад, что такою дешевою ценою избавил корабль от гибели. Некоторые из англичан, в службе Тамеамеа находящихся, советовали ему послать своих водолазов, чтоб достать медь и употребить ее в свою пользу. Он принял совет их, послал водолазов, и медь всю вынули, но он не хотел ее присвоить себе, что легко мог бы сделать, а спросил, как в таких случаях поступают в Европе. Когда ему сказали, что в Англии за спасение груза погибающего корабля одна осьмая доля принадлежит спасшим оный, то он, отсчитав себе 12 слитков, прочие возвратил капитану.
- Один американец обманул короля Тамеамеа при покупке сандального дерева. Ему советовали остановить, или, по нашему сказать, конфисковать собственность, принадлежащую сему американцу, бывшую на берегу в его руках. Но он не сделал сего, а велел Элиоту (своему англ.советнику) написать на него просьбу американскому правительству, объявив, что, когда не получит удовлетворения, тогда поступит по-своему; но до того не хочет употреблять никаких насильственных мер.
- Известно, что китайцы с иностранных судов, к ним приходящих, берут чрезвычайную пошлину, простирающуюся до нескольких тысяч рублей, за то только, что суда в их порте положат якорь, а продадут ли товары — до того им дела нет. По возвращений сего судна, когда Тамеамеа при отчете узнал, что такая сумма заплачена за положение якоря в китайской гавани, он заметил, что это очень дорого, и тогда же решил, что если другие державы берут за сие деньги с его судов, то и он должен то же делать, только не так много, и назначил, чтобы все приходящие в наружную гавань Гонолулу европейские суда платили ему по 60 пиастров, а во внутреннюю, где покойнее стоять, по 80.
- Однажды, прогуливаясь с Элиотом по селению Кавароа в заливе Карекекуа (Бол.остров), я хотел видеть место, где убит капитан Кук. Пришедши к морскому берегу на тот самый камень, где пал сей славный мореплаватель, я и бывшие со мною офицеры взяли по одному камешку и положили в карман в память сего происшествия. Это подало повод Элиоту рассказать нам анекдот. Будучи на сем самом месте, Тамеамеа рассказывал ему о ссоре, случившейся между островитянами и англичанами, и каким образом Кук был убит. Элиот, так же как и мы, взял камешек и хотел положить в карман. На вопрос Тамеамеа, для чего он ему нужен, сказал он, что хочет послать к своим приятелям в Англию. При сих словах сандвичанин переменился в лице, глаза его засверкали. Он вмиг вырвал камень из рук Элиота и бросил его в море, сказав, что он сею посылкою хочет напомнить своим соотечественникам о несчастном приключении, которое должно быть забыто, и что добрые люди после примирения старых ссор никогда вспоминать не должны (к слову, это момент из традиции настоящего древнего гавайского хоопонопоно)
Правда, что многие понятия о вещах и делах, и способы, принимаемые им к лучшему устроению своих владений, сообщены ему служащими у него европейцами; но желание и умение пользоваться их советами при состоянии, в коем он родился, взрос и живет, делают его необыкновенным человеком и показывают, что природа одарила его обширным умом и редкою твердостию характера.
Молодой король Камехамеха 1 (из музея Бишоп, Оаху)Другая, не менее важная, статья состоит в том, чтоб:
- никому из приходящих иностранцев не давать преимущества перед другими, но со всеми одинаково поступать,
- позволять всем иметь с его подданными равный и свободный торг
- и запрещать европейцам заводить свои собственные заселения (!).
Когда он находящимся в его службе англичанам и американцам дает во владение земли, то всегда с тем, чтоб они принадлежали им, доколе они живут на островах его, передать же их другому они никаким образом не могут, и земли сии по отъезде их или по смерти опять к нему поступают. Ванкувер или не понял его, или с намерением ошибся, когда в своем путешествии написал со всею мелочною подробностию о торжественном уступлении острова Овайги (Оаху) английскому королю. Ни Тамеамеа, ни старшины острова никогда не думали отдавать земли своей. Все это дело они понимают в другом виде и отнюдь не так, как Ванкувер его хотел понимать.Теперь здесь есть европейцы, живущие между сандвичанами более 20 лет. Они мне сказывали, что Тамеамеа без досады слышать не может, когда ему напоминают, что англичане имеют право на его владения по собственному его договору, постановленному с Ванкувером. Он так далек от сего мнения, что даже и островов своих не позволяет называть Сандвичевыми островами — именем, данным им капитаном Куком; но велит, чтоб каждый из них был называем своим именем; вся же купа вместе именуется острова короля или владетеля овайгийского.
Он принял английский флаг от Ванкувера и поднимал его всегда, но не знал, что это значит по европейским обычаям; а когда в последнюю войну англичан с американцами один корабельщик последней из сих наций пошутил над ним и сказал ему, что американцы вправе отнять у него острова его, потому что он поднимает флаг той земли, с которою они в войне.
И когда Тамеамеа выслушал и понял настоящее значение флага, то сказал американцу, чтоб он не считал его дураком, ибо у него в магазинах есть много флагов разных европейских народов, и если английский не годится, то он другой поднимет.
После сего случая он тотчас захотел иметь свой собственный флаг, который для него англичане и выдумали: оный состоит из семи полос (в честь 7ми островов), а в углу английский гюйс означает дружбу с англичанами, как с первым европейским народом, с которым он познакомился.
Договор же его, или уступку земель, как Ванкувер рассудил назвать сей акт, сандвичане считают соглашением дружбы и помощи, или, по нашему сказать, оборонительным союзом, только в другом виде: Тамеамеа обещался оборонять приходящих к нему англичан от голода, снабжая их съестными припасами без платы, а англичане должны были защищать их от нападения других европейцев; с правом же собственности и независимости сандвичане и не воображали никогда расстаться.
Встреча капитана М.Головнина с женами короля Камехамеха 1
Мне сделали честь своим посещением четыре королевы, жены Тамеамеа. Я их потчевал вином и наливкою; они выпили по нескольку рюмок и при отъезде попросили у меня по графину, из которых я угощал их. Я на это тотчас согласился. Тогда они сказали, что графины гораздо красивее кажутся, будучи наполнены вином нежели пустые, и это было в минуту сделано.
После сего заметили они, что если у кого есть вино, то надобно, чтоб и посуда была, чем пить оное, и потому каждая, взяв со стола по рюмке, спросила у меня, позволю ли я взять оные. Я был весьма рад, что такою дешевою ценою мог разделаться с ними, и расстался дружески.
Однакож они меня отблагодарили, прислав довольно плодов и зелени, а первая королева прислала четыре апельсина: этот плод еще большая редкость на Сандвичевых островах, ибо недавно разведен на оных.
Армия и военная служба
Приведение в оборонительное состояние владений своих также немало занимает Тамеамеа.
Войско его нимало не походит на регулярное ни по одежде, ни по искусству действовать оружием. Теперь солдаты большею частию выходят в строй совсем нагие, с одною только повязкою по поясу и с сумкою для патронов; прочие же — кто в жилете без всякого другого платья, или в одних панталонах; некоторые щеголяют в рубашках, один был совсем нагой, но в колпаке или в шляпе, и пр.
В ружейной экзерциции и в движениях их есть много своих собственных смешных и странных приемов. Но если мы рассудим, что в такое короткое время народ сей успел познакомиться с европейским оружием и владетель их мог вооружить 6000 человек оным и завел артиллерию, то нельзя не признать, что сандвичане сделали большой шаг к просвещению.
Хотя войска сии обучаются европейцами, но Тамеамеа не дает им (иностранного) начальства, а управляют армиею его старшины/
И первый из них, или главнокомандующий, по имени Калуа, есть брат первой королевской жены. Сей Калуа, человек молодой, но превысокий, толстый и в большими дарованиями. Он приезжал ко мне на шлюп, и я удивлялся, с какою свободою он изъясняется по-английски (!). Я даже думал сперва, что он был в Америке, но Элиот меня удостоверил, что он выучился от поселившихся здесь европейцев.
Флот, моряки, свои верфи и судостроители
Другой его брат, по имени Гекири, имеет начальство над морскими силами, которые состоят в нескольких кораблях, купленных у американцев, кои все вооружены пушками. Матросы на них все из сандвичан, и многими управляют природные жители. Плавание их простирается с острова на остров.
Этот народ имеет чрезвычайные способности: у него теперь не только есть много хороших плотников, кузнецов и пр., которые были бы не последними мастерами и на европейской верфи, но я видел в королевских сараях большой 16ти или 18тивесельный катер, построенный по размеру и под руководством сандвичанина, так что к строению оного ни один европеец и не приступался.
Притом они любят вступать в службу на европейские суда, и американцы их всегда имеют по нескольку человек. Они их весьма хвалят, как людей усердных, послушных и смышленых и притом весьма привязанных к начальнику.
Были примеры, что в случае всеобщего возмущения на купеческих судах они держали всегда сторону начальников, а потому-то американские корабельщики, подозревающие матросов в каком-нибудь опасном замысле, берут, идучи к Аляске, по нескольку человек сих островитян, которых Тамеамеа охотно увольняет, надеясь, что по возвращении, они будут ему полезны своими познаниями, кои приобретут в плавании на судах.
К нам тоже весьма многие просились, но, не имея в них надобности, я им отказывал. Наконец, один молодой, проворный и веселый малый сам собою остался на шлюпе и не хотел ехать на берег. Чтоб свести его, надлежало бы употребить силу; а так как я узнал, что он никакого преступления не сделал, то и согласился взять его, зная, что на судах Американской компании весьма легко отправить его назад. К сему более побудило меня желание посредством него познакомить сандвичан с Россиею.
Более всего будут споспешествовать просвещению сего народа дети, родящиеся от европейцев и островитянок, которые от отцов своих приобретут некоторые познания и будут иметь привязанность к своей родине по матери и по привычке.
Я видел многих из них: они ходят почти нагие, как и все здешние жители, но разумеют английский язык и разные мастерства.
Навигационное сопровождение иноземных судов
Тамеамеа желает всеми способами заслужить дружбу и доверенность европейцев. Для безопасности приходящих к нему судов назначены им при рейдах лоцмана, которым даны на английском языке за его знаком (ибо он писать не умеет) свидетельства в искусстве их.
Один такой лоцман у меня был; но я не люблю слепо поступать по советам лоцманов даже и в Европе, и мы брали свою осторожность, меряя беспрестанно глубину. Такая недоверчивость к нему много его огорчила.
Впрочем, он нам показал знание своего дела, и более удивил своею осторожностию, которая и европейскому лоцману сделала бы честь, ибо, приближаясь к якорному месту, он пошел на низ и осмотрел, готовы ли и чисты ли у нас канаты, а потом и с якорями то же сделал.
Мы очень много смеялись сему его поступку: он, как будто бы нарочно, за нашу к нему недоверчивость хотел отплатить тем же и считал нас столь плохими мореходцами, что мы в состоянии, идучи в порт, позабыть приготовить якоря.
Полиция
Для безопасности европейцев учреждена полиция, которая печется, чтоб недоброжелатели их из природных жителей не могли нанести им никакого вреда.
В первую ночь, когда мы стали на якорь в заливе Карекекуа, патруль ее ходил по окружным селениям и кричал нараспев, как то мы после узнали, что пришедшее к ним судно есть дружеское и чтобы жители, под опасением строгого наказания, не осмеливались делать никаких против нас покушений и даже в ночное время не подъезжали близко к нам.
Торговля гавайцев с иноземцами
Сандвичане теперь сделались весьма искусны и расчетливы в торговле, а особливо сам владетель их Тамеамеа. Доказательством сему может послужить и то, что он имеет у себя несколько человек из старшин низшего класса, знающих немного английский язык; которые узнают, в чем и в каком количестве состоит груз иностранных судов; они же должны пересчитать, сколько людей на судне, дабы, сообразно сему, Тамеамеа мог назначить цену на товар свой и на съестные припасы.
Первый из них только и состоит в одном сандальном дереве, которое они раскладывают на три или на четыре сорта и всегда прежде показывают самое худшее, потом, если первого не возьмут, получше, и когда дело имеют с знатоками, то после многих споров продадут самое лучшее, иначе обманут точно так, как и в Европе в торговых делах нередко случается.
Здесь его чрезвычайно много; но как оно растет на горах, то доставать его весьма трудно, ибо надобно приносить с гор верст 40 и более. Американцы продают его китайцам, которые делают из него разные ящички, шкатулки и тому подобное; а более употребляют оное для гробов и делают из него род масла для жжения в храмах.
В продаже съестных припасов иностранцам есть у них общая такса, а особливо на свиней, коз и кур. Тамеамеа назначает, какие цены брать (монополия!) — и ни один из жителей не смеет сбавить их, только повысить.
От сего происходит, что приходящие к ним военные суда, имеющие нужду в съестных припасах, но без товаров, должны весьма дорого платить за все, что у жителей покупают — ибо американцы, беспрестанно в том мире торгующие, привозят множество всяких европейских безделок и стараются более иметь таких, которых жители еще не видывали, и ими платят за все, что от них покупают, делая иногда счет пиастрами.
Часто они дают сандвичанам за свинью вещь, стоящую полпиастра, но ценят ее в 7 или 8 пиастров. Житель получает вещь, не зная настоящей ей цены, но потому только, что она ему нравится и в глазах его стоит свиньи, и когда другой из них привезет такую же свинью на военное судно, где нет никаких товаров, чтоб заплатить ему, то он просит за оную также 7 или 8 пиастров для покупки у американца такой вещи, какую купил его товарищ.
Теперь военное судно сделает худой расчет, если вздумает, при большом недостатке в съестных припасах, идти на Сандвичевы острова.
Я заплатил за двух посредственной величины свиней 15 пиастров, но мы не имели большой надобности покупать много съестных припасов, потому что недавно оставили Калифорнию, где купили по весьма сходным ценам очень большой запас всего, да и путь наш был к изобильным Марианским островам и на переход к оным от Сандвичевых островов немного нужно было времени. Притом Тамеамеа подарил мне 20 свиней и много зелени, а если бы все то, что мы получили в Калифорнии, в Россе и от Тамеамеа в подарки, покупать здесь на пиастры, то это стоило бы гораздо больше денег, нежели в самой дорогой европейской столице.
Казна и налоги
Гражданское правительство Сандвичевых островов вовсе еще не образовано, и в постановлениях их почти ничего европейского не введено, кроме налогов, которые некоторым образом уподобляются нашим и кои Тамеамеа ввел по совету европейцев.
Не уничтожив, впрочем, и прежнего порядка в своих финансах, который состоял в том, что коль скоро королю нужны какие-либо съестные припасы или другие вещи, то объявляется, чтоб со всех округов или некоторых привезли к нему требуемое, так точно, как бы господин дома приказывал своим служителям принесть к нему или отдать кому то и то.
Это постановление и по сие время исполняется с величайшею точностию и без ропота; и сверх того, по примеру европейскому, назначена постоянная подать.
Например: владельцы земель должны платить ежегодный налог по числу работников, возделывающих оные. Элиот за свою землю, на которой работают от 10 до 20 человек, платит 40 пиастров; за позволение при берегах ловить рыбу платится по одному пиастру с каждой лодки за время рыбной ловли, которая бывает по временам года.
О других постоянных и непременных податях я не слыхал; но деньги король сбирает, когда ему захочется, так же как и припасы, назначая принести к нему по пиастру с каждого человека, имеющего торг с европейскими судами, и сей его доход можно назвать пошлинами.
Назначение правителей на острова (губернаторов) и двойные указы
Другое новое постановление, похожее на европейское, состоит в назначении правителей на острова, из коих на каждом есть доверенный европеец в должности секретаря.
Если Тамеамеа посылает какое повеление к своим губернаторам, то это всегда бывает чрез одного из последнего класса старшин, который сообщает оное изустно; но в то же время Элиот пишет повеление, к коему король прикладывает свой знак, всегда одинаковый.Получивший повеление рассматривает знак и сличает, что сказал посланный и что объяснит секретарь его, и если сходно, исполняет, а если нет, то посылает за повторением приказаний.О выдаче мне десяти свиней и полной шлюпки разной зелени с острова Воагу таким же образом дано было повеление: я сам на шлюпе отвез туда посла и указ.
Элиот старается сколько возможно придать важности достоинству овайгийского владельца и желает, чтоб по крайней мере по наружности сандвичане казались народом более просвещенным, нежели каковы они в самом деле.
Когда мы пришли в залив Карекекуа, я узнал, что король это место оставил и живет ныне в другом, называемом Кайруа, отстоящем от первого в 20 верстах; а потому написал к нему записку по-английски, зная, что у него есть кому перевести оную: я просил его ехать в Карекекуа для переговора со мною о снабжении нас свежими съестными припасами или прислать какого-нибудь европейца, который мог бы пособить нам в покупке оных и в получении пресной воды. Но как я удивился, получив на другой день на мою простую записочку следующего содержания официальную ноту, писанную на английском языке, с которой русский перевод прилагается здесь сколько возможно от слова до слова:
«Командиру его императорского российского величества фрегата Камчатка.
Его овайгийское величество сожалеет, что не может иметь удовольствия посетить вас в Карекекуа по причине болезни сестры его величества Пепи, которая находится при последних минутах своей жизни. Его величество дает полную свободу разным старшинам и прочим жителям продавать вам съестные припасы, в коих вы имеете нужду; что же принадлежит до пресной воды, то его величество советует вам взять оную на острове Мови (Мауи); ибо в Карекекуа вода весьма нехорошая. Я имею повеление от его величества приехать к вам завтрашний день.
Примите уверение истиного к вам почтения его величества, с каковым и я также имею честь быть ваш покорный слуга Джон Элиот-де-Кастро, его величества статс-секретарь.
Кайруа. Ноябрь. 1818»
Географическое описание Сандвичевых островов капитаном Головниным в 1818г
Давайте отвлечемся от дел государственных, и прежде чем перейдем к описанию жизни простых людей, посмотрим — где они жили, какими были их острова
1. Остров О’Вайги (Гавайи)
Самый обширный и более прочих населенный; в длину простирается за 150 верст, а самая большая ширина его 130 верст. Остров сей имеет вид треугольника и внутри заключает превысокие горы, из коих две считаются в числе высочайших в свете. Невзирая на жаркий климат, в коем находятся Сандвичевы острова, вершины сих гор покрыты вечным снегом.
Овощи и фрукты. Огромные таро
Между горами по всему острову и при берегах моря есть много обширных и плодоносных долин, из коих некоторые жители обрабатывают. Главные произведения острова суть: тарро — хлебный плод, картофель, платаны, бананы, кокосы, сахарные трости, корень ям и сладкий картофель. Сей последний бывает иногда весом до 10 фунтов; а капитан Кук видел на острове Атуае (Кауаи) картофель, весивший 14 фунтов. Тарро, которая здесь есть общий хлеб всякого состояния жителей и главная, а часто почти единственная пища простого народа, не в большом изобилии родится на Овайги, по причине трудности доставлять воду, ибо растение сие должно беспрестанно находиться под водою в половину своей вышины. Поэтому много оной привозят с других островов, а особливо с Воагу. Кроме вышеупомянутых главных произведений, родятся здесь в изобилии арбузы, дыни, тыквы.
Животные домашние и дикие. Почему коров много, но их не едят. Для чего нужны собаки
Из животных четвероногих есть только свиньи, собаки и рогатый скот. Сей последний (коровы) привезен Ванкувером и теперь расплодился, только для мореплавателей он бесполезен, ибо от небрежия жителей одичал и скитается внутри острова по долинам, в коих находит хорошие пастбища и много воды. Следовательно, пригнать к морскому берегу диких быков никак невозможно, а убить и мясо доставить — климат не позволяет: здесь никакое мясо не может пробыть одного дня, чтоб не испортиться.
В диком же состоянии на всех Сандвичевых островах, кроме крыс, нет никаких четвероногих.
Капитан Кинг ошибся, сказав, что сандвичане не имеют к собакам такой привязанности, как европейцы, и держат их только для употребления в пищу. Это правда, что самая большая часть собак содержится здесь как домашний скот. Но есть много и таких, которых они держат в домах, ласкают и имеют к ним большую привязанность. Я сам видел двух маленьких собачек в доме первого старшины всего округа в соседстве Карекекуа: жена его поила их из того же сосуда, из которого сама пила. А один старшина с острова Воагу считал, что он ничем более не мог изъявить верноподданнической своей привязанности к королю, как назвав любимую свою собаку его именем: Тамеамеа.
Кур здесь водится множество; они до прибытия европейцев уже были на сих островах. Ныне же разведены индейки, гуси и утки; сих последних мы сами видели; они из того рода, который называется у нас шипунами, только их еще немного. Мне удалось доставить на сей остров несколько калифорнских перепелок: они весьма плодливы. Я подарил их королю, который, верно, будет иметь о них надлежащее попечение. Диких лесных и морских птиц здесь немного. Я упомяну о них впоследствии, говоря о всех островах вообще, также и о рыбах, которыми берега здешние изобильны, но она вся морская и из того рода, которая не слишком вкусна, хотя жители весьма оную любят.
Соль
На Овайги жители делают из морской воды, посредством бассейнов и действия солнечных лучей, большое количество соли, которая ничем не уступает лучшей европейской. Они до прибытия еще Кука знали употребление оной и умели уже солить свинину и рыбу, сберегая их в сосудах, сделанных из больших тыкв.
Деревья: сандаловое, бумажное и… ромовое
В горах растет много сандального дерева, но по отдаленности от морского берега доставлять оное весьма трудно. Прежде дерево сие ни на что у них не употреблялось, следовательно, и не было им надобности доставать оное, но ныне оно составляет важный товар, за который король и старшины получают хорошую плату от американцев, а потому для доставления оного с гор употребляется множество людей.
Полезные же для жителей деревья суть:
- бумажное, так названное потому, что из коры оного делают в Китае писчую бумагу, из коей сандвичане умеют делать довольно крепкие и красивые материи и ковры,
- и дерево, называемое ими ти; из корня оного составляют они род сладкого напитка, похожего на сусло, а европейцы научили их гнать из него ром.
Листья же, по своей величине и крепости, употребляются в строение домов, и то у людей знатных, ибо дерева сего не столь много, чтоб всякий мог им пользоваться. В селении Кайруа, где ныне живет Тамеамеа, только в строении его домов и в доме Элиота лист сего дерева употреблен.
Гораздо уже после Ванкувера американцы доставили на здешние острова лимонные и апельсинные деревья, которые теперь и плод приносят, и деревья хлопчатой бумаги. Сии последние мы видели в Карекекуа. Элиот сказывал, что здешнюю хлопчатую бумагу американцы возили в Кантон, где китайцы весьма ее хвалили и уверяли, что она никакой бумаге, им известной, не уступает.
Число жителей на острове Овайги около 70 тысяч.
Жаль, что сей прекрасный остров не имеет ни одной закрытой от ветров и безопасной пристани. Суда должны останавливаться на открытых рейдах, отчего в зимние месяцы могут произойти для них самые гибельные следствия.
Элиот меня уверял, что восточная сторона острова гораздо богаче и изобильнее и что старик Тамеамеа не живет там только по причине частых дождей (Некоторые местности на большем Гавайском острове принадлежат к числу самых влажных на земном шаре — Е.Ш). На западном берегу хорошей пресной воды весьма мало: старшины для своего употребления посылают за оною на горы к рудникам за 7 и за 10 верст.
2. Остров Мови (Мауи)
Следующий за Овайги остров, по величине своей, есть Мови, имеющий 70 верст длины и 40 самой большой ширины.
Сей остров также не имеет ни одной закрытой пристани. Однакож на западной его стороне есть рейды, довольно безопасные, а при пассатных ветрах и покойные, где удобно приставать к берегу.
Из всех Сандвичевых островов ни на одном нельзя так легко получить весьма хорошую пресную воду. Произведения острова суть те же самые, что на Овайги, кроме разведенных европейцами, которых здесь нет еще, да и природные произведения не в таком большом количестве находятся, как на первом острове.
Число жителей на оном Кинг полагает 35400. Остров Мови весьма много потерпел в войну его против Тамеамеа (речь об объединении островов Камехамеха 1 в единое королевство — ЕШ), который, при покорении оного, имея оружие, опустошил остров до того, что он и по сию пору не пришел еще в прежнее состояние.
3. Остров Воагу (Оаху). Гавань Перл Харбор, пресная вода, плодородная земля
Воагу, имеющий около 60 верст длины и 30 ширины, есть третий по своей величине и из всех самый прекраснейший и выгоднейший как по своему положению, находясь почти в средине оной, так по изобилию плодоноснейшими долинами, ровными местами, пастбищами и пресною водою.
Для европейцев же он важнее и полезнее всех прочих, потому что на южной стороне его есть совершенно закрытая и безопасная гавань, называемая Гонолулу, подле которой находится, между морем и горами, пространная, ровная, едва приметным показом от гор понижающаяся долина, на коей у самой гавани расположено главное селение острова и крепость; на сей долине довольно места для весьма обширного города. В гавань впадает небольшая, но довольно быстрая река, вытекающая из гор ручьями, наводняющими бесчисленное множество плантаций тарро.
Воагу производит такое изобилие сего необходимого для сандвичан растения, что великое количество оного отправляется ежегодно на остров Овайги.
Все что было на здешних островах до открытия оных европейцами, на Воагу родятся в изобилии; а как ныне большая часть европейцев, поселившихся между сандвичанами, живет на сем острове, где получили они от Тамеамеа обширные владения, то и обработан он лучше всех.
Ни один американский капитан не приходит сюда, чтоб не привезти семян или самых растений, здесь еще неизвестных
Испанец Манини более всех славится своим хозяйством. Теперь на Воагу, сверх природных произведений, как то: тарро, хлебного плода, бананов, картофеля, сахарных тростей, кокосов, платанов, тыкв, родятся в большом количестве арбузы и дыни, есть лимоны, апельсины, ананасы, фиги и виноград. Он развел здесь табак. Европейская огородная зелень родится здесь очень хорошо, как то: капуста, огурцы, чеснок, горчица; прочие еще разводятся. Теперь зеленью нетрудно здесь запастись. Надобно сказать, что с нас брали за все весьма дорого. Арбузов здесь такое изобилие, что часто свиней ими кормят.
Манини сделал недавно опыт над пшеницею и нашел, что она родится очень хорошо: сего года он более оной посеял. Он также посадил на маленьком клочке земли для опыта сарачинское пшено. Но один недавно бывший на сем острову «ученый естествоиспытатель», нашедши оное, вырвал из земли более половины сего «чудного и неизвестного» в ботанике растения и, прибежав в восторге к Манини, спрашивал, как жители называют сие произведение их острова. Манини, увидев свое пшено истребленным, едва в обморок не упал. И ныне, когда мы пришли на Вюагу, то при первом знакомстве со мною спросил он, нет ли между нами ботаника, и если есть, то хорошо ли он знает свое дело, иначе он покорно просит опытов его не истреблять.
Как Манини, так и другие европейцы, занимающиеся здесь садоводством и земледелием, уверяют, что на Сандвичевых островах могут хорошо произрастать чай и кофе. Сей неутомимый испанец старается достать несколько кофейных дерев и чайных кустов, но доныне ему не удалось еще их получить.
Животные Оаху
Из четвероногих животных, кроме множества свиней и собак, природных сим островам, ныне находится здесь более 20 лошадей, много рогатого скота, коз и кроликов; из домашних же птиц — индейки, куры, гуси, утки и голуби.
Берега острова должны быть весьма изобильны рыбою; на рифах, окружающих гавань, мы видели множество лодок, беспрестанно занимавшихся рыбною ловлею.
Число жителей на Воагу, по предположению Кинга, простирается до 60 тысяч.
Если бы политика какого-нибудь европейского народа требовала основать колонию на Сандвичевых островах, то лучше места нельзя сыскать на всей сей купе, как гавань Гонолулу.
4. Остров Ауай (Кауаи)
За Воагу следует остров Атуай, северо-западный Сандвичевых островов. Он почти круглый и имеет около 40 верст в поперечнике. Капитан Кинг полагает число жителей на оном в 54000. Остров сей горист и на нем мало ровных мест в сравнении с другими, но изобилует всеми произведениями, природными сим островам, и некоторыми из завезенных, только не в таком количестве, как Овайги или Воагу.
Главное же богатство сего острова состоит в сандальном дереве, которого, может быть, здесь не более, нежели на других островах, но по местному положению гор, на коих оно растет, получать его не столь трудно.
При острове Атуае нет ни одной безопасной пристани. Залив Вимеа, на юго-западной стороне острова находящийся, открыт и, имея способное для якорей место на весьма малом пространстве, очень опасен в зимние месяцы. При сем заливе главное местопребывание владетеля острова, называемого Тамури; у него построена тут небольшая каменная крепость, на которой при нас был поднят английский флаг.
//Замечу, что именно этот вождь чуть позже, когда и до его острова докатится завоевание Камехамехи 1, уберет английский флаг и будет радоваться строительству русского форта (он там есть и сегодня), и даже проситься Александру 2 в русское подданство — ЕШ/
5. Малые острова: Моротой (Молокаи), Ренай (Ланаи), Онигу (Ниихау) и Тагурова (Кахоолаве)
Остров Моротой невелик: в длину простирается он до 50 верст; но самая большая его ширина не более 10.
Он лежит по направлению почти востока и запада. Ванкувер говорит, что восточная его часть имеет прелестный вид; в нем находятся плодородные, хорошо обработанные долины, и сия часть многими произведениями изобилует. Западная имеет вид дикий и бесплодный; в ней живут только бедные люди, занимающиеся рыболовством, ибо при здешних берегах весьма много рыбы. Но рыбаки должны даже пресную воду доставать для себя с восточной стороны. Жителей на нем, по исчислению капитана Кинга, 36 тысяч; но здесь он втрое положил против настоящего/
Ренай еще менее Моротоя, будучи только около 25 верст длиною и 14 поперек, в самом широком его месте, но обитаем, и число жителей, по мнению Кинга, составляют 20 400 человек. Остров сей не имеет ни пристаней, ни рейдов и весьма неизобилен произведениями, а потому как к нему, так и к Моротою никогда суда не приходят.
Остров Онигу (Ниихау) почти ровен с Ренаем, но менее населен. Кинг полагает число его жителей в 10 тысяч. Сей остров плодороднее первого, а особливо изобилует корнем ямом и растением ти, для получения коего нарочно пристают к оному европейские суда. Они становятся на южной стороне острова, где есть два открытых и очень дурных рейда, на коих многие суда были подвержены большой опасности. Впрочем, кроме вышепомянутых растений, остров сей очень беден всеми другими произведениями, но на нем в озерах жители добывают большое количество соли.
Остров Тагурова (Кахоолаве) хотя имеет в окружности около 40 верст, но необитаем по дурному и каменистому свойству земли; затем водится на нем несчетное множество морских птиц.
Маленькие островки Марокин, Тагура и Оригуа (Нихоа, два других невозможно идентифицировать) также необитаемы и не заслуживают никакого внимания.
Хотя капитан Кинг пишет, будто на сем последнем острове 4 тысячи жителей, но он ошибся: мне сказывали на Воагу, что там никогда жителей не бывало. Да и капитан Ванкувер, который вплоть к сему островку подходил, говорит, что он весьма мал и состоит из голого, рытвинами образованного камня, на котором ничего не может произрастать, и для обитания людей он вовсе неспособен.
К числу Сандвичевых островов надлежало бы причислить еще два необитаемых островка: один, лежащий от острова Тагура на запад, о котором жители Атуая сказывали капитану Куку, что они туда ездят ловить черепах и морских птиц; они называют его Моду-Папатах; а другой, называемый ими Моду-Ману, от острова Онигу в 200 верстах лежащий к северо-западу; сей последний открыт в 1788 году английским торговым судном «Принц Валлийский».
(Моду-Папатах. Нельзя точно сказать, о каком именно западном островке идет речь. Островок Моду-Мана — название передано и переведено правильно. Кроме него, в настоящее время к Гавайской цепи причисляют и более отдаленные островки и рифы — это острова Нихоа и Неккер, а также более 100 рифов и атоллов так наз. Северо-западных гавайских островов)
Климат на Сандвичевых островах жаркий, но чрезвычайно здоровый: здесь нет никаких повальных болезней и заразы вовсе жители не знают.
Религия гавайцев и христианская вера
Чей Бог сильнее?
Разные причины препятствуют сандвичанам принять европейские гражданские узаконения.
Но более всего делает преграду принятию оных религия сих островитян, которая явно предписывает им деяния, совершенно противные европейским обычаям и законам, каковы, например:
- приношение людей в жертву божествам их,
- содержание многих жен,
- исключение женщин из разных прав, предоставленных мужчинам, и пр.
Но ввести чужую религию у свободного и сильного народа не легко! Покоренные и завоеванные народы принимают веру своих победителей, или, лучше сказать, наружные обряды веры всегда почти по принуждению или в уважение некоторых преимуществ и наград, новообращенным предоставленных; а над свободным народом должно действовать убеждениями; но скоро ли можно в этом успеть? Употребить силу — значит прибегнуть к кровопролитию; тогда последует не просвещение, а истребление.
Ванкувер покушался внушить Тамеамеа мысль о принятии христианской веры.
Тамеамеа, полагая, что Ванкувер своему богу отдает преимущество, а сандвического поносит, предложил ему итти на превысокий, подле залива Карекекуа находящийся каменный утес, куда также хотел послать своего первосвященника, с тем. чтоб они оба вместе бросились оттуда на низ: кто жив из них останется, того бог сильнее и справедливее и того он признает богом истинным. 😊Опыт Ванкуверу не понравился, и он не только отверг его, но и в своем путешествии ничего об нем не упомянул; тем дело о религии и кончилось.
Земля круглая или плоская?
Историю сию рассказывал американским капитанам известный по многим напечатанным путешествиям англичанин Юнг, живущий более 25 лет на Сандвичевых островах, который тогда служил переводчиком между Ванкувером и королем, а мне сообщил оную Девис.
Юнг рассказывал также о забавном возражении Тамеамеа, сделанном Ванкуверу, когда он, показав ему глобус, изъяснил, что земля кругла и вертится и что англичане и сандвичане ходят, обратясь одни к другим ногами. Тамеамеа долго рассматривал и, повертывал глобус; смотрел, где Сандвичевы острова, где Англия, но ничего не говорил и предался глубокой задумчивости. Наконец, когда сели они обедать, то он, положив на тарелку один большой сухарь, а на него несколько маленьких кусков, сказал ему: «Ну, вот это земля (показывая на тарелку), а это (большой сухарь); Овайги; вот тут Тамеамеа (указывая на кусочки), Ванкувер и все прочие сидят хорошо и обедают; теперь смотри, что будет!» При сих словах повернул он тарелку, с которой куски полетели на пол; тогда он сказал Ванкуверу, что Тамеамеа не дурак и вздорным рассказам не поверит.
Человеческие жертвоприношения
В приношении человеческих жертв постепенно сделалась у них перемена и ныне, по уверению Элиота и капитанов американских судов, только одних преступников, достойных смерти, умерщвляют в капищах, как на лобном месте, и оставляют там как жертву.
Овагийский Диоген: встреча с шаманом kahuna
Между ними есть даже мудрецы, твердостию характера не уступающие древним философам, которых имена сохранила история. Например капитан Кинг в путешествии Кука говорит, что, услышав об одном чудесном старике, живущем в горах острова Овайги, хотел он его видеть и с некоторыми из своих офицеров, в сопровождении сандвичан, с превеликим трудом добрался до местопребывания отшельника.Старик, при виде людей, совершенно для него новых и необыкновенных как по цвету лица, так и по одежде, не показал ни малейшего удивления или любопытства, и когда Кинг хотел подарить ему несколько европейских вещей, которые в глазах всех островитян казались неоцененными сокровищами, то он отвергнул их с презрением и удалился в свою хижину; не есть ли он овайгийский Диоген?
Заметки о простых гавайцах
Честность гавайцев
Разными способами, какими Тамеамеа обеспечивает жизнь и собственность живущих у него белых, довел он большую половину своих подданных до тех же правил. Ныне смело можно вверить им самое лучшее белье для мытья, и ни одна вещь не будет украдена; мы сами этого не испытали, но к нам являлись, так сказать, прачки-мужчины с свидетельствами от разных корабельных капитанов о их честности, исправности и искусстве мыть белье.
При самом первом свидании с приходящими к ним мореплавателями многие из жителей стараются показать им свою честность и что им ничего не надобно даром. Когда мы подходили к острову Овайги, к нам приезжало много островитян, только все простой народ: старшины ни одного не было. Лейтенант Муравьев одному из них дал небольшой кусок меди, и он тотчас отдарил бананом; другого же один из унтер-офицеров стал потчевать кашею из сарачинского пшена, но он не хотел есть, дюколе унтер-офицер не принял от него бананы.
Впрочем, было бы безрассудно утверждать, что они все крайне честны; воры есть и у них и притом много, только, по крайней мере, с прочими европейскими искусствами научились они и воровать так, как это ремесло у просвещенных народов отправляется, то есть ныне сандвичанин ни одной не нужной ему вещи не украдет, как то прежде они делали, а если какую вещь он решится украсть, то выжидает случая и делает так, чтоб и следов покражи сыскать нельзя было. Сначала же они тащили все, что ни попадало, и даже в глазах у тех самых, у кого крали. На острове Воагу утащили они у меня с своих лодок стоявший на кормовых окнах дорожный небольшой погребчик и кожаный со шкатулки чехол так искусно, что я на другой день это уже приметил, невзирая на то, что мы кругом шлюпа имели часовых, нарочно определенных смотреть за приезжавшими к нам лодками.
Надобно, однакож, сказать, что это не относится к их старшинам, которые стали ныне почитать за стыд и бесчестье такие поступки; но в простом народе склонности сей скоро истребить невозможно. Старшины же только не стыдятся просить, если что им понравится.
Система привилегий и табу
Впрочем, если бы Тамеамеа обращал такое же внимание на права своих подданных, какое обращает он на права живущих у него европейцев, или даже и в половину только против того, то он мог бы облегчить во многом нынешнее тяжкое состояние простого народа, которого теперь жизнь и собственность находится в полной воле старшин; а сих последних права и преимущества наследственные.
Старшины:
- владеют всеми землями
- и одни только вправе употреблять мясную пищу и некоторые роды лучшей рыбы, которых простолюдинам есть не позволяется.
Равным образом и женщины, какого бы состояния они ни были:
- свиней в пищу употреблять не смеют,
- но собак, кур, дичину и рыбу знатные из них могут есть.
Надобно здесь заметить, что собака у них не есть презрительная пища: старшины сами едят их, и даже Тамеамеа мясо собаки предпочитает свинине; ему почти каждый день к обеду подают жирного жареного щенка.
Некоторым из живущих здесь европейцев так понравилось собачье мясо, что оно сделалось обыкновенною их пищею. Они сравнивают его с самою лучшею бараниною, что весьма правдоподобно, ибо собаки здешние питаются плодами и растениями.
Ванкувер, доставив к ним несколько быков, коров, баранов и овец, взял торжественное, по их обряду, в капище обещание, чтоб в продолжение 10 лет ни одного из сих животных они не убивали, а потом требовал, чтоб они уничтожили навсегда запрещение, по коему женщины не могут есть свиней, и позволили им употреблять всякое мясо наравне с мужчинами.
Но на это они не согласились, сказав ему, что как свиней не он к ним доставил, то ему и дела нет до них, и женщинам они никогда не позволят их есть; а быков и овец, привезенных им, включат в число собак, тогда и женщины будут вправе ими пользоваться.
Равным образом и другое требование Ванкувера — чтоб женщинам позволено было есть вместе с мужчинами — отвергнуто.
В отношении к женщинам и к простому народу все подобные постановления строго исполняются, но из старшин многие не наблюдают совсем запрещений, до них касающихся. Например, в известные времена они не должны есть свинины, кур и пр.; однакож они не смотрят ни на что и все едят, что им вздумается. Однажды многие из них у меня обедали, и в том числе был шурин Тамеамеа и начальник его войска, о коем я выше упомянул. Большая половина из них все ели, что ни подавали на стол, и с большим аппетитом. Некоторые отказывались от свиного мяса или кур, а один только при виде курицы вскочил из-за стола и бросился из порта (корабельной амбразуры) в воду.
Элиот мне сказывал, чем старшина важнее, тем менее следует подобным постановлениям, и сии, так сказать, вольнодумы более привязаны к европейцам и согласнее с ними живут. Женщина же, как бы знатна ни была, не может нарушить ни одного запрещения, до их пола касающегося.
Меня посетила также жена первого старшины всего округа в соседстве Карекекуа: длинное шелковое, на старинный европейский манер сшитое платье и довольно дорогой белый платок показывали уже, что она знатная дама; но когда мы сели за стол с старшинами, я не мог ее никак упросить не только отобедать, но даже и в каюте остаться. Она в ответ мне только и говорила «табу», то есть запрещено, и обедала на шканцах с женою другого старшины. Стол их состоял в тесте из муки корня тарро и одной сырой рыбе, которую они, вместо уксуса, обмачивали в морскую воду; нашей же пищи никакой есть не хотели, кроме сухарей и сыра; а вина и наливки пили очень много.
Одежда
Сандвичане стараются подражать европейцам как в платье, когда имеют на что купить оное, так и в поступках при общественном обхождении; только одеждою европейскою они располагают по климату и по своим понятиям о вещах.
Когда они видят на европейце одежду, составпенную из разных отдельных частей, как, например, фрак, жилет и пр., то не думают, что, по нашим обычаям, благопристойность того требовала и что без кафтана, как бы прочее платье богато и нарядно ни было, у нас нельзя нигде показаться, а приписывают это тщеславию, и говорят, что мы хотим показать как можно больше платья в одно и то же время, и потому при церемониальных случаях сами так же одеваются.
Но самое любимое одеяние их из европейского платья есть обыкновенная белая рубашка с манжетами или длинный сюртук.
Старшины по большей части ходят, надев одно что-нибудь: рубашку или сюртук; в прочем уже ничего не имеют с ног до головы. Простые люди часто наряжаются в старенькие матросские фуфайки или шаровары, кои выменивают у американцев; самые неимущие, будучи не в состоянии выменять никакого платья, иногда при нагом теле, с одною лишь по поясу повязкою, надевают шляпу и думают, что одеты по-европейски.
Надобно, однакож, признаться, что если многосложная европейская одежда в жарком климате и для нас самих обременительна, то природным жителям теплых стран, привыкшим держать тело свободно от всяких, так сказать, детских пеленок и любящим несколько раз в день купаться, она должна быть крайне тягостна.
При свидании с европейцами они кланяются и берут их за руку по нашему обычаю.
А между собою наблюдают собственное свое обыкновение: прикасаются друг к другу носами и также берутся за руки.
Старшины в образе жизни начинают перенимать европейские обычаи. Например, ныне они по два раза в день, в обыковенное время поутру и ввечеру, пьют чай. К столу приготовляют некоторые блюда по-нашему — варят, жарят. Прежде же как мясо, так и коренья печены были у них в ямах посредством разгоряченных каменьев.
Только в установленное время обедать и ужинать они никак не могут привыкнуть, а едят по требованиям желудка.
Ремесла на Гавайях
Изделия из растений
- Я уже прежде сказал, что из коры так называемого бумажного дерева сандвичане делают разной доброты и цвета материи и ковры. Она же служит им для витья веревок, кои употребляются у них на невода, уды и другие надобности.
- Из коры же небольшого куста, называемого ими арима, делают они тонкие веревки и снурки.
- Кокосовое дерево сверх плода, составляющего для жителей приятную пищу и питье, доставляет им веревки для оснащивания их лодок и для других надобностей; они их вьют из волокон оболочки, окружающей кокосовые орехи, и в таком множестве и такой длины, что могут продавать приходящим к ним судам. К нам привозили они их весьма много, и американские капитаны покупают у них сии веревки для легких снастей. Они делают сие не по нужде, но находят, что они мало уступают в крепости пеньковым снастям и обходятся им гораздо дешевле.
- Еще есть у них дерево (Pandanus), из листьев коего сандвичане весьма искусно плетут ковры, служащие им на постилку в домах и вместо постелей; из них также делают они род простой материи. Надобно заметить, что жители всех жарких стран, даже самые северные европейцы, давно в них поселившиеся, не могут спать на постелях или на чем-либо мягком, а почти всегда на соломенных тюфяках, либо на коврах, из травы сплетенных.
- Сандвичевы острова, равно как почти и все острова Великого океана, производят два весьма крепких, красивых дерева: первое столь же хорошо, как настоящее красное дерево, а другое так черно и твердо, как эбеновое: из них делают жители свои булавы, копья и стрелы.
- Для делания лодок-однодеревок употребляют они довольно крепкое растущее на островах дерево, а в состав больших или военных лодок входило сие же самое дерево и некоторые другие, но ныне они более уже их не делают, а строят по европейским образцам бриги, шкуны, канонирские лодки и вооруженные баркасы.Военные лодки сандвичан были обыкновенно длиною 8 сажен. Но Ванкувер видел одну, которая имела длины 61 1/2 футов, или 8 3/4 сажени. Она была сделана из елового дерева, которое на один из островов выкинуло: оно, должно быть, принесено из Америки.
- Посуду свою сандвичане делают из тыкв, скорлупы кокосовых орехов, из дерева, называемого ими этое, или священное дерево.
Но старшины ныне начинают употреблять европейскую посуду: у всякого из них в доме можно найти чайники, чашки, стаканы, рюмки, бутылки и пр.
Птицы
- Пища. Из диких птиц, годных для употребления в пищу, водятся гуси, лебеди, утки, два или три рода куликов и голуби и сверх того великое множество, а особливо на необитаемых островах, морских птиц всех родов, свойственных тропическому климату. Все сии птицы служат только в пищу жителям; в прочем ни к чему другому не употребляются.
- Одежда. Но из перьев маленькой красной птички, столь подробно описанной в разных путешествиях, делают старшины нарядные свои плащи или мантии, которые, они и поныне, при введении европейского платья, не оставляют и во всех торжественных случаях употребляют оные.
Я хотел купить одну из сих мантий и предлагал за нее весьма хорошее английское охотничье ружье в ящике со всем прибором и большую зрительную трубу, но мне сказали, что все подобные наряды принадлежат королю и без его позволения никто располагать ими не может. А когда на острове Овайги я хотел посредством Элиота купить подобный сему наряд, то он мне тоже сказал, что, кроме короля, никто их продавать не может, а Тамеамеа менее 800 пиастров не возьмет, ибо капитаны американских кораблей за такую цену их у него покупают. Но как они ему платят товарами и вместо 800 пиастров, вероятно, дают только 50, то они не теряют, потому что вещи сии покупают на продажу для собирателей редкостей. Мне, признаться, не хотелось заплатить 4 тысячи рублей за вещь, годную только для показа любопытным.
Тамеамеа так дорого ценит сии наряды по причине трудов и медленной работы, употребляемых на делание оных, ибо для каждой из таких мантий нужно наловить несколько сот, а может быть, более тысячи птичек и потом весьма мелкие их перья прибирать и пришивать вместе, приклеивая на материю, похожую на редкий холст.
Птиц сих сандвичане ловят посредством длинных шестов, у коих верхний конец намазывается клейким веществом, добываемым из дерева. Птички, севши на шест, прилипают и, не имея довольно силы освободиться, становятся добычею охотника.
Пьянство, азартные игры и другие пороки
К несчастию, горячительные напитки вошли у них слишком в большое употребление; многие из старшин сделались горькими пьяницами; даже сын и наследник королевский, молодой человек, о коем я выше упомянул (Камехамеха II), и первый советник, или, так сказать, министр короля, родственник любимой его жены, неумеренно пьют и тем более приносят огорчения старику Тамеамеа, который, будучи, сам человеком весьма трезвым, не в силах их воздержать.
Простой народ также пристрастен к сему пагубному пороку, и теперь на острове Воагу, куда более всех прочих приходит судов, за некоторые съестные припасы платят, как по таксе, горячими напитками.
Например, за большую козу американцы дают две бутылки рому, за малую — одну и пр.
Мы были у них за несколько дней пред самым большим их праздником, который начинается в первой половине ноября и продолжается 21 день (праздник урожая в честь бога плодородия Лоно); тогда жители никаким делом не занимаются, даже на лодках не позволяется им ездить, а проводят они время в еде, играх и пьянстве, и потому старшины, которым предлагал я подарки из бывших у меня вещей за плоды и зелень, коими они меня дарили, отказывались от них и просили рому, говоря, что у них скоро наступит продолжительный праздник, в который они должны быть непременно каждый день пьяны.
Они имеют еще и другой порок, их собственный: страсть к азартным играм, в которые часто проигрывают все свое имущество.
Ныне ввели они в употребление наши карты и игру в них сами изобрели: она состоит в отгадках.
Неумеренность, причиняя ссоры и драки между жителями, производит впоследствии зависть и злобу, от коих рождается желание мщения. Для достижения сего употребляют они разные ухищрения, и так как ныне, при одном сильном и строгом владельце, они не смеют решать споров своих оружием, как прежде между ними водилось, то прибегают к клеветам и ябедам, друг за другом присматривают и употребляют шпионов.
Элиот мне сказывал, что система шпионства у них в совершенстве; даже к каждому из европейцев приставлено по одному шпиону, которые доносят старшинам о их поступках, а за самим Элиотом присматривают четверо, определенные Тамеамеа, любимою его женою, первым его советником и одним из первых старшин.
Надобно, однакож, заметить, что европейцы привозом крепких напитков и карт только распространили пьянство и игру, а не ввели их между сандвичанами, ибо последние, как то я сказал, были у них свои еще до прибытия Кука.
Упоительный напиток они также прежде умели составлять из известного перечного растения, называемого кава, и употребляли оный неумеренно.
Напиток сей весьма противного и отвратительного вкуса (подтверждаю лично — ЕШ) и многим не мог нравиться; напротив того, до европейских напитков все сандвичане страстные охотники.
Другой их порок, который ввели европейцы же, причиняет великий вред сему доброму народу распространением той заразительной болезни, которая столь пагубна для развратных людей.
Кук сам признается, что любострастная болезнь на сии острова завезена его экипажем.
Я спрашивал у давно живущих между сандвичанами европейцев их мнения, и они утверждали, что до Кука болезнь сия здесь была неизвестна. Европейцы, приходящие сюда и поселившиеся здесь, не только не стараются истребить или уменьшить оную, но и сами распространяют ее (!).
Из числа поселившихся здесь европейцев, конечно, есть люди честные и хороших правил, но большая часть не может похвалиться своею нравственностью и все вообще они без всяких познаний в науках. Такие люди могут научить сандвичан тому только, что сами разумеют.
Послесловие: Кто открыл Гавайи РАНЬШЕ КУКА?
Я прежде упомянул, что воды, окружающие Сандвичевы острова, изобильны рыбою, но что большая часть оной не слишком вкусна, хотя жители предпочитают ее тем родам, которые для нас приятнее, например акула или собака-рыба есть самый лакомый кусок сандвических старшин.
Между здешними рыбами есть один род ядовитый. Рыба сия жителями называется пихи. Она так приметна, что и без рисунка и описания ее легко узнать можно, ибо образование ее головы имеет величайшее сходство с головою совы, и других рыб сего вида здесь нет.
Черепахи также ловятся в некоторых местах разных островов, а раков чрезвычайно много.
Географы и по сие время несогласны, были ли Сандвичевы острова прежде капитана Кука посещены европейцами или он первый к ним пристал.
В заключение моих замечаний скажу, что Манини и другие европейцы, давно здесь поселившиеся, меня уверяли, будто у сандвичан есть предание, что на восточной стороне острова Овайги несколько человек белых давно уже поселились и взяли жен и что потомство их и теперь гораздо белее прочих сандвичан; и что там же найден был железный якорь. Кук не мог о сем обстоятельстве слышать по незнанию языка жителей, с которыми он объяснялся, так сказать, по пальцам; но европейцы, живущие между сандвичанами по 20 лет и более, конечно, имели случай выучить язык их и более узнать, нежели капитан Кук.
Текст Головина из его книги
под ред. Елены Шандриковой
ПС. От себя добавлю, что сегодня уже признано, что да — раньше ДО КУКА в тех водах весьма плотно ходили испанцы (что правда, голландцы и испанцы первыми пришли в Японию и многие регионы Индии, к примеру. Да и в Америку тоже, в обе).
Но мы также не забудем, что эти белые люди были белокурыми и голубоглазыми. Что для испанцев никак не возможно. Так что и до испанцев, похоже, были люди — те, кто обучил их ремеслам и был воспет ими как «боги».
