500-1820г. Гавайские вожди, жрецы и система табу

Говорят, что первая волна миграции была мирным народом, который верил в то, что было названо «Законом Алоха». Этот закон был основан на взаимном уважении, доброте и сотрудничестве.

Небольшие независимые общины, состоящие из этих самых ранних колонизаторов, развивались в изоляции в течение почти 600 лет. Их анимистическая система верований (от латинского слова anima, означающего дыхание, дух и жизнь) утверждала, что все объекты, места и существа обладают особой духовной сущностью, известной как мана. Это старейший известный тип системы верований в мире, предшествовавший язычеству. Считается, что все вещи – животные, растения, камни, реки, погодные системы, творения рук и даже слова – обладают энергией, которая одушевлена и жива.

Древние песнопения показывают, что около 1250 г. н.э. воин-священник по имени Паао прибыл на Гавайи с Таити. После нескольких месяцев путешествия по Гавайским островам он вернулся на Таити с мыслью о том, что гавайцы слабы и не имеют религиозных убеждений. Вскоре он вернулся, прихватив с собой армию захватчиков, которая завоевала острова и установила систему правления капу (табу).

По неизвестным причинам миграции с южных островов прекратились около 1300 г. н.э. Некоторые считают, что это могло произойти из-за потери островов на пути к Гавайям, в то время как другие предполагают, что, возможно, для путешествия на Гавайи было поставлено капу. В любом случае, гавайское общество продолжало расширяться в течение следующих 400+ лет, пока его не обнаружил капитан Кук в 1778 году. К тому времени общая численность населения Гавайев оценивалась примерно в 1 миллион человек.

Рассказывает историк и путешественник М.Стингл, живший на Гавайях и исследовавший их в конце 20века:

Содержание

4 гавайских класса: знать али’и, шаманы кахуна, простые люди мака’аинаи отвергнутые каува
Как стать вождем на Гавайях
ТАБУ как право собственности, власти и божественной маны
Гавайские святилища (хеиау) заметно различались по назначению.
Система ТАБУ как градиент статуса элиты и…богов
Табу богов
Табу-привилегии вождей али’и
Табу для женщин, включая жен вождей
Табу для всех знатных мужчин
Убежища Пуухонуа — помощь богов для нарушителя табу
Были и такие табу, которые должен был исполнять сам вождь

4 гавайских класса: знать али’и, шаманы кахуна, простые люди мака’аина и отвергнутые каува

Как и в Индии, на Гавайях весь народ делился на классы. В отличие от каст, свой «класс» по рождению здесь можно было изменить. Не просто — но можно.

Вождь Камеамеа (будущий первый король Гавайев, Камехамеха 1) был самым выдающимся представителем господствующего класса алии (вождей).

На нижней ступени общественной лестницы находились простые люди – мака’аина.

Мака’аина – люди, которые обеспечивали общество продовольствием. Они были связаны с землей, возделывали ее. К ним относились те, кто занимался рыбной ловлей, охотой, а также ремесленники. Большая часть этих работ – обработка земли, охота, рыболовство, приготовление пищи, сортировка птичьих перьев (для одежд вождей) – считалась мужским делом. Женщины заботились о детях, плели циновки и корзины, изготовляли тапу.

Мака’аина составляли подавляющее большинство гавайского общества.

Из мака’айна стать алии было нельзя, это статус высокоРОЖДЕННОСТИ. Но войти в круг приближенных — было можно.

Так, Марта Бэквит приводит две «профессии»: ловец птиц и искусные «спорщики» — которые были социальным лифтом.

Ну и, если повезет стать учеником шамана кахуна (а они брали только одного ученика в один момент) — тоже могли открываться перспективы.

Еще ниже этих людей были каува. Возможно, каува становились те, кто нарушил какое-нибудь из священных табу — во всяком случае, у каува на этих райских островах была отнюдь не райская жизнь. Ведь рай остается раем лишь для избранных, а на Гавайях таковыми являются алии, вожди.

Образ жизни гавайской знати привлекателен, интересен и для многих до сих пор остается завидным. Это картина примитивной, но своеобразной элитарности. Того, кто попытается найти в «полинезийском раю» подобие демократического равенства, ждет горькое разочарование.

Камеамеа создал на архипелаге поистине феодальное государство. Однако строгое деление на «господ» и «вассалов» существовало на Гавайях задолго до того, как великий король железной рукой объединил все острова. Так же как и повсюду в Полинезии, алии и простой народ являли собой два совершенно различных мира. Одни пользовались всеми правами, другим доставались лишь обязанности.

Как стать вождем на Гавайях

К гавайскому обществу вполне применима поговорка «Родился под счастливой звездой». Здесь действительно надо «уметь родиться». Мужчины тут всегда имели преимущества перед женщинами, а сыновья – перед дочерьми. Важнее всего было родиться первенцем.

Человеку, «сумевшему родиться» на Гавайях, лучше всего быть не только перворожденным сыном, но и потомком весьма знатного происхождения, ведь не все алии стояли на одной ступени иерархии.

Известно, что в Европе существовала разница между бароном и графом, князем и великим князем, королем и императором. Так и гавайские алии знали одиннадцать таких подразделений. К какой из этих «ступеней» полинезийской знати принадлежал гаваец, целиком зависело от того, кем были его родители.

Наиболее высокопоставленное положение среди гавайской знати занимали, разумеется, те, чьи родители принадлежали к семье правителя или верховного вождя острова, особенно если посчастливилось иметь отцом правителя, а матерью – его кровную сестру. Тут мы встречаемся с традицией заключать брак между родным братом и сестрой, который в понятии европейца считается кровосмесительством. На Гавайях же подобная связь – идеальная для потомства.
Все полинезийское общество жаждало, чтобы новый правитель родился в результате именно такого брака.

Перед заключением такого союза, несмотря на господствующие здесь вольные нравы, помолвленных родственников отделяли друг от друга. Встретиться они могли лишь в определенный день в «свадебной» хижине, точнее, в «свадебной» палатке из тапы.

Вокруг палатки, поставленной на открытом месте, собирались зрители – и алии и простой народ. Новобрачных отправляли в шатер, где вдоль стен стояли изображения богов, а присутствующие жрецы молились за удачу любовной связи. Под этот аккомпанемент молодые старались сделать то, что от них ждало все общество, – зачать сына, который стал бы святым «на все сто процентов».

Как только любовная связь новобрачных заканчивалась, они покидали «свадебную» хижину, которую тут же разбирали. Все жители острова в течение девяти месяцев в нетерпении ожидали рождения знатного потомка.

Перворожденный сын брата и сестры «голубых» кровей был самым знатным среди одиннадцати категорий гавайских алии. Задолго до его появления на свет в честь него слагались песни. В течение всего периода беременности сестры и одновременно жены правителя танцовщицы исполняли специально предназначенные для этого хулы. Танцы должны были магическим образом способствовать развитию плода в материнском чреве.

Наконец рождался ребенок, зачатый знатными родителями. Это происходило в особых священных местах Куканилоко, где были т.н. родильные камни.

сакральная равнина Куканилоку (Оаху), где рожали жены вождей — Сакральная долина Куканилоку (Оаху), где рожали жены вождей

Долины Куканилоко (на Кауаи и на Оаху) и сегодня священны, там проходят многие церемонии — например, посвящения в ученики хула.

Если это была девочка, ее появление на свет не сопровождалось особыми торжествами.

Если же сын, то его медленно несли в святилище, принадлежащее правителю, и лишь там верховный жрец отрезал новорожденному пуповину бамбуковым ножом. Затем ее навеки прятали в скалах. В честь знатного младенца вырезали новую скульптуру бога, и новорожденного посвящали всем четырем великим богам гавайцев, а затем еще персонально одному из них.

Ребенка забирали у матери и отдавали кормилицам, которые менялись почти каждый месяц, потому что страшная кара ждала женщину, осмелившуюся коснуться знатного младенца в период, когда она бывает «нечистой». Спустя некоторое время ребенка приносили в трапезную для мужчин. С этого момента малыш уже не мог питаться вместе с женщинами.

В семь лет мальчику торжественно делали обрезание. После этого половой орган молодого наследника получал собственное имя, о нем слагали песни, его превозносили в бесконечных молитвах. Гениталии его становились священными – табу. Именно табу, распространявшимся на алии, на части их тела, одежду, жилища и предметы, которыми они пользовались, представители высшей касты отличались от двух других классов гавайского общества. В гавайской легенде рассказывается, что там, где ступает нога алии, появляется радуга. Как головы святых украшает нимб, так и над головами представителей гавайской знати горела семицветная естественная корона. Красочные накидки из перьев, судя по всему, тоже символизировали священную радугу.

ТАБУ как право собственности, власти и божественной маны

Организующим началом всей общественной жизни Гавайев была система сакральных запретов, табу (по-гавайски — kapu).

Права и собственность вождей были священны: их гарантировали боги, наделявшие благородных гавайцев своими магическими сверхъестественными способностями — маной.

Самой большой маной владел верховный вождь; вся земля считалась его собственностью, он обладал неограниченной властью над жизнью и смертью своих подданных, он мог накладывать любые табу — всеми его действиями руководили всемогущие боги. Таким образом, нарушение установлении верховного правителя означало сопротивление воле богов, и в этом случае общество предпочитало незамедлительно наказать провинившегося, не дожидаясь небесной кары — таких как неурожаи, ураганы, цунами, землетрясения и потоки раскаленной лавы.

Несмотря на несовершенные орудия труда, экономика гавайского общества была довольно эффективной и сочеталась с относительно высоким уровнем социального развития. Поэтому современные исследователи признают справедливой оценку первых посетивших острова европейцев, называвших гавайских верховных вождей королями.

До объединения Гавайцев под властью Камехамеха I существовало четыре таких мини-королевства, по одному на каждом из больших островов (Кауаи, Оаху, Мауи, Гавайи). Эти государства враждовали между собой, и границы их были подвижны: часто добивалась независимости восточная часть Мауи, но иногда ее захватывали правители острова Гавайи, Молокаи попадал в зависимость от Оаху.

Глава каждого такого государства назывался алии-нуи («великий алии»), или мои. Владения алии-нуи подразделялись на округа (моку). Небольшие острова образовывали отдельные моку, более крупные делились на несколько. Моку подразделялись на калана, калана — на аху-пуаа.

Мельчайшей территориальной единицей было или, которое обычно составляло земельный надел одной большесемейной общины макааинана и тянулось узкой полосой от гористой части острова к побережью и далее до окаймлявших прибрежные воды коралловых рифов. У каждого или были свои лесные угодья, свои поля, своя территория рыбных промыслов. Распределением материальных благ и всей жизнью большесемейной общины руководил глава ее старшей ветви.

Налоги

Правитель более крупной административной единицы облагал нижестоящих правителей натуральным налогом, по гавайской терминологии, он «ел» подвластную землю: правитель моку, например, назывался алии-аи-моку («алии, который ест моку»).

Кроме ежегодных налогов макааинана обязаны были каждый пятый день трудиться на главу своего аху-пуаа, алии-нуи мог привлечь их на любые работы на неограниченный срок.

Но эксплуатация не была особенно жестокой, слишком требовательный алии рисковал остаться без доходов, поскольку макааинана имели право в любой момент покинуть своего правителя и получить надел у другого 🙂 (весьма демократично!).

Организация власти

Вся земля считалась собственностью алии-нуи, и каждый из них, приходя к власти, распределял ее между подданными по-своему. Алии-нуи обладал довольно большим штатом приближенных. Первым придворным был калаи-моку — «разделитель земель». Он был главным советником алии-нуи в мирное и военное время, он проводил в жизнь разделение территории между подвластными правителями, следил за состоянием обработки земель, ирригационными работами, рыбными прудами. В XVIII веке непосредственно ему подчинялся большой штат канохики, наблюдавших за ведением хозяйства в подвластных им аху-пуаа и собиравших там налоги.

За точным соблюдением всех табу со стороны светской власти наблюдал иламуку.

Важную роль при дворе играл и прорицатель (каула).

Все придворные должности, вплоть до массажиста и хранителя королевских экскрементов, считались очень почетными, и занимать их могли только алии.

Духовенство (жрецы)

Духовным владыкой был главный жрец, кахуна-нуи.

У жрецов существовала своя иерархия, две верхние ступеньки ее занимали служители бога войны Ку и земледельческого бога Лоно.

Самый низший ранг имели кахуны, занимавшиеся вредоносной магией (!).

Но вообще, официальной науке о традиционной гавайской религии и ее служителях известно гораздо меньше, чем о повседневной жизни гавайского общества. Многие сведения были утрачены задолго до того, как интерес к древней культуре возродился, и священные тайны умерли вместе с кахунами (кое-что можно найти на нашем сайте в разделе «Мудрые Гавайи»).

Духовная власть была сильнее светской; и если между ними возникал конфликт, это означало, что какая-то из сторон утратила расположение богов. Побеждало обычно жречество: оно было ближе к богам, обладало большей маной, его табу были весомее.

Гавайские святилища (хеиау) заметно различались по назначению.

Любой гаваец мог построить собственное хеиау, чтобы молиться семейным богам-покровителям. Небольшие временные святилища строились земледельцами для вызывания дождя, на побережье было много алтарей, посвященных богу рыбаков Ку-ула-каи.

Самые большие хеиау, называвшиеся луакини, посвящались могущественному богу войны Ку-нуи-акеа. Их мог строить только алии-нуи, консультируясь с верховным жрецом, решавшим, следует ли реконструировать старый храм или выбирать место для нового.

Только в луакини делались человеческие жертвоприношения (!).

Наиболее важные хеиау обносились каменной стеной в человеческий рост, за ней находились изображения богов, многоступенчатая пирамида лана-нуу, с которой велось богослужение, усыпальница хале-поки, где хранились кости знати, и другие сооружения. Перед посещением хеиау необходимо было соблюдать ряд пищевых запретов и других табу.

Женщины в хеиау не допускались. Они молились богине-прародительнице Папе (Земле) в специальном помещении хале-о-Папа. Им запрещалось также употреблять в пищу кокосовые орехи, свинину, курятину, черепаховое мясо и некоторые виды рыбы. В остальном положение женщины было довольно свободным.

Приход к власти жреца Паао (1125г) — это особое время, поворотная веха в истории островов — т.к. по сути впервые честолюбие встало превыше интересов общины и многие прежде священные моменты были упразднены. Изменилась по сути иерархия ценностей гавайцев — хоть и не в той еще степени, как после прихода европейцев.

Именно с приходом на Гавайи Паао появляются человеческие жертвы и начинаются межостровные войны, и первостепенное место в общинах занимают две вещи: социальный ранг и свод капу (табу).

Совет вождей под покровительством бога Кане

Даже самый удачливый воин, дабы поддержать свой ранг, обычно искал себе жену в среде более высокопоставленных вождей. По этой причине женщины занимали сравнительно высокое положение в обществе, что так или иначе отразилось в мифах. Девушка из семьи высокого ранга находится под строгим надзором, как в сказании о Лаиэ-и-ка-ваи, так как в отличие от других девушек должна хранить девственность, чтобы найти себе достойного мужа.

В полинезийской общине жрец являлся тем, что мы называем профессионалом, Мастером. Помимо проведения религиозных церемоний в его обязанности входят консультации с богами по вопросам управления, разгадывание предзнаменований, занятие медициной, сохранение в памяти родословных вождей и древних сказаний; он часто выступает как восхвалитель вождя и защитник его интересов. Все это в его власти, пока его вдохновляет бог, который через него говорит с людьми.

Система ТАБУ как градиент статуса элиты и…богов

Даже среди алии, «увенчанных радугой», тоже существовали различия. Они ранжировались системой табу, на которые человек имел право.

Вообще, табу (по-гавайски капу) предназначено для отделения духовно чистых от потенциально нечистых. Чем больше родство с богами (чем больше он «чист», божественен) — тем выше степень знатности, тем большее число табу ему полагалось.

И наоборот: каждая более низкая ступень вождя означает определенную потерю табу и сверхъестественной силы – маны.

Табу богов

Само собой, наибольшее количество табу (святости и чистоты) было у богов. Перечислений я не нашла — ну разве что покровитель войны Ку, по словам М.Стингла, нуждался в почти ежедневных жертвоприношениях. Скорее всего, крови животных (свиней).

Ну а студенты нашей Студии хула встречаются с табу в танцах цикла Хула Пеле (про богиню вулканов Пеле). К примеру, когда Пеле победила ее сестра, богиня воды Намакаокахай — то первое, что она сделала это разрушила табу в месте, где жила Пеле. Ну и высокий божественный статус богов также не редко подчеркивается в танцах жестом «табу» («у нее было табу»= она очень высокого ранга в иерархии богов)

Табу-привилегии вождей али’и

Пришедший к власти правящий класс алии считался детьми богов. Они требовали повиновения в форме протоколов, ограничений и ритуалов, которые могли включать человеческие жертвоприношения. Наказание за нарушение капу могло включать смертную казнь: в частности, для алии определенного ранга даже наступать на его тень каралось смертью.

Ограничения капу включали в себя, например:

Ограничения на посадку, сбор и приготовление пищи
Запрет на созерцание, прикосновение или нахождение в непосредственной близости от вождей и лиц, обладающих известной духовной силой.
Ограничения на чрезмерный вылов рыбы
Во время войны первые два убитых человека приносились в жертву богам.

Капу (табу) правителей и верховных вождей были очень велики.

Они, например, предписывали простым людям при встрече с алии падать перед ним ниц. На носителя подобного табу простые люди не имели даже права смотреть. Они должны были падать на землю даже перед вещами, принадлежавшими знатному алии. Кто этого не делал, того тут же убивали. Подобное наказание ждало каждого, кто касался самого алии, его вещей и одежды или оказывался на участке, где стояла хижина знатного гавайца.

Но это все табу, которые должны соблюдать другие люди в отношении аправителей.

А были и табу, которые люди должны были соблюдать просто в силу того, кто они есть. Например:

Табу для женщин, включая жен вождей

Многие капу ассоциировались с тем, чтобы держать женщин отдельно от мужчин (ограничение, известное как «айкапу»), например:

Разделение мужчин и женщин во время еды
Использование различных печей для приготовления пищи мужского и женского пола
Разные места питания для мужчин и женщин
Женщинам было запрещено есть свинину, кокос, банан и некоторые красные продукты из-за их мужской символики.
Женщины, отделенные от общины во время менструации

Даже женам вождей, например, строго запрещалось есть в обществе своих мужей, накладывалось табу и на многие продукты – мясо акул, черепах, свинину. Эти женщины не имели права прикасаться к бананам и очень распространенным на островах кокосовым орехам.

И это продолжалось даже после прихода европейцев и объединения Гавайев! Еще при дворе Камехамеха 1 его жены соблюдали эти табу. И жены его сына и наследника Лиолио тоже. Так что не удивительно, что они стали фанатичными христианками и сразу после смерти великого короля бросились воевать с культом Пеле — они отвоевывали для себя право хотя бы кушать бананы!!! ))

Табу для всех знатных мужчин

Они обязаны были соблюдать одно-единственное табу – во время каждого новолуния две ночи проводить в особой хижине, стоявшей на территории их святилища. В это время они не смели трогать руками пищу, поэтому их кормили слуги.

В такие ночи они вынуждены были отказываться от радостей любви. Женщину, к которой в такое время прикасался знатный мужчина, немедленно убивали.

Убежища Пуухонуа — помощь богов для нарушителя табу

Гавайцы воспринимали существующий порядок как установленный божеством свыше и навечно. Они не видели в своих алии жестоких эксплуататоров, узурпаторов власти, паразитирующих на широких слоях гавайского народа.

Простые люди гордились своими вождями, верили в их сверхъестественное, священное могущество и добровольно подчинялись многочисленным табу.

Но не всегда. Случалось, человек стремился избежать наказания — и для этого у него был один шанс.

Гавайцы не были бы гавайцами, если бы не предусмотрели возможность для «знаков свыше», которые были бы видимы всеми вокруг. Ну, мало ли причин у богов сохранить жизнь кому-то, избавив от смерти за нарушение табу?

Именно для этого служили пуухонуа — особые убежища, специально построенные для таких случаев. Здесь любой человек получал защиту Богов.

Правящий класс (али’и) также, по-видимому, принял идею Алохи, и многие легенды говорят о добрых Али’и, которые обеспечивали и защищали свой народ, став очень любимыми.

500-1820г. Гавайские вожди, жрецы и система табу — Puuhonua в Нац. парке на Большом о-ве Гавайи. Убежав за ворота от преследователей, человек получал не только спасение — но полное освобождение от наказания и возможность вернуться домой к своей жизни так, как если бы ничего и не было

Были и такие табу, которые должен был исполнять сам вождь

Одно из них состояло в следующем: каждую весну жители Гавайских островов целый месяц проводили в различных увеселениях. Они пели песни, плясали, устраивали потешные сражения. Вождь (каждой общины!) должен был сам открывать этот праздник, где бы он ни находился.

Перед восходом солнца он надевал на себя богатый плащ и отъезжал на лодке от берега, с таким расчетом, чтобы с восходом солнца опять пристать к нему. Для сопровождения его назначался один из сильнейших и искуснейших воинов, который следовал по берегу за лодкой. Как только лодка приставала к берегу и вождь, выйдя из нее, сбрасывал с себя плащ, воин изо всей силы бросал в него копье.

Он должен был поймать копье на лету и, повернув его тупым концом кверху, продолжать свой путь в главный храм богов. Это служило народу знаком к открытию праздничных забав.

Если вождь не сумел поймать копье, его немедленно убивали.

Один европеец как-то спросил Томи-оми (будущего Камехамеха I), почему он не отменит этот обычай и каждый год подвергает свою жизнь большой опасности.

«Я столь же искусно умею ловить копье, — с гордостью ответил он, — сколь самый искуснейший из моих воинов умеет бросать его, а потому мне нечего опасаться».

Этот обычай прервался после смерти Камехамеха 1. Вместе с возвышением христианства при его сыне.