1804-1820гг. Как Гавайи в 18 веке едва не стали русскими

Знаете ли вы, что вскоре после Дж.Кука на Гавайях, на о-ве Кауаи появились и русские корабли?
А что гавайские острова тоже могли стать русскими землями, что гавайский король просился в подданство России и даже посылал Государю императору плащ и шапочку из перьев, которые до сих пор хранятся в Кунсткамере? 
Нет? Ну, так я вам расскажу эту историю...



Говорят, однажды промысловый корабль "Беринг", вышедший из порта Русской Америки (то есть Аляски) штормом отнесло далеко на юг. Потеряв счет времени, моряки и не заметили, как сквозь клокочущую пену выросли шипы островных кораллов. Судно разнесло в щепки, а людей вынесло на берег. Обсушившись и перекусив бананами, они вскоре обнаружили, что попали на необитаемый остров. Около месяца русские моряки скитались по тропическим лесам, питаясь экзотическими фруктами. Изрядно обносились, но духом не пали и молились о спасении... 
Один из мореходов с Аляски, проходя на своем судне мимо этого острова, заметил шестерых загорелых мужчин, которые носились по берегу и выражались “крепко по-русски”. Конечно, робинзонов подобрали и доставили в столицу Русской Америки Ново-Архангельск, где они подробно поведали Баранову об острове с “молочными реками и кисельными берегами”. 
Так началась великая эпопея открытия русскими Гавайских островов. 

Для справки:

Ново-Архангельск, Аляска, начало 19 века
К слову сказать, Аляску царь Александр II (а не Екатерина II !)  отдал американцам в аренду сроком на 90 лет (!!!), а не продал. Причем после того как помог им в той самой войне Севера и Юга, описанной в "Унесенных ветром" по крику о помощи от самого Линкольна. Вскоре обоих глав стран убили и осталось не ясно, таки оплатила ли Америка аренду, а когда она истекла в 1957г. Хрущев сделал широкий жест и... подарил ее США навечно (но то отдельная история, подробности см. здесь).
Среди других несостоявшихся территорий Русского государства были Гавайские острова, часть Калифорнии, Маньчжурия-Желтороссия, Карская область, Островная губерния в Эгейском море. Могли стать частью Российской империи также Монголия и Корея. Но это так, к слову.

1804г. Русские знакомятся с Гавайями

Гавайские острова были открыты в 1778 г. 3-й экспедицией Джеймса Кука. . Кук дал им название Сандвичевы острова в честь британского лорда Адмиралтейства. К моменту прибытия Кука Гавайские острова уже почти 1500 лет населяли полинезийцы. 
С тех пор сказочный архипелаг поражал воображение любого путешественника. Жемчужина Тихого океана стала объектом внимания иностранных мореплавателей.

Любопытно, но с этого же времени начинается серия войн вождя Камехамеха (1752-1819) за объединение вождеств и островов в единое государство. К концу XVIII в. стал правителем всего архипелага, за исключением двух северных островов — Кауаи и Ниихау, где укрепился его соперник — Каумуалии (правил в 1795—1821 гг.).
Теоретически оба они были вождями (а не королями, как это есть в учебниках) до 1810 года, когда Каумуалии сдался и гавайские острова стали единым королевством Гавайи. Но для простоты оставим им обоим далее "королевские" титулы. 

История противостояния двух сильнейших весьма занимательна. 
Во-первых, потому что имперским амбициям Камехамеха (за которым стояли британцы, выдавшие ему первое огнестрельное оружие на Гавайях и прочую военную помощь) противостоял не только остров Кауаи - но и его шаманы. Сила сверхспособностей против силы оружия - это то, чего в официальных источниках вы не встретите. Ее знают только потомственные шаманы на Гавайях - ну а теперь и вы.

Ну а во-вторых, если Камехамеха подзуживали англичане, т.н. предприимчивые «бостонские корабельщики», которые постепенно превратили острова в главную базу своей торговли - то Каумуалии сам попросил военной поддержки у... русских.

Прямое знакомство русских с Гавайскими островами произошло в июне 1804 г., когда «Надежда» и «Нева» под командованием И. Ф. Крузенштерна и Ю. Ф. Лисянского посетили архипелаг в ходе своего кругосветного путешествия. Участники экспедиции не только оставили ценные наблюдения о состоянии хозяйства, обычаях и жизни полинезийцев, но и пополнили музеи Петербурга многочисленными экспонатами. Наиболее ценные наблюдения оставил командир шлюпа «Нева» Юрий Лисянский, посвятивший описанию архипелага более 70 страниц первого тома своего «Путешествия»



Русские матросы наладили хорошие отношения с местными жителями. Тогда же стало ясно, что острова могут стать отличной продовольственной базой для Камчатки и Русской Америки. Участник экспедиции В. Н. Берх отмечал позднее, что каждую осень целесообразно посылать корабль из Камчатки на Гавайские о-ва, где он мог бы оставаться на всю зиму, а в мае возвращаться назад с грузом продовольствия.

Лисянский сумел составить весьма обстоятельное мнение о состоянии хозяйства, торговли, обычаев и жизни островитян, а также успешной деятельности энергичного вождя Камеамеа I. «Нева» также побывала и на о-ве Отувай (Кауаи), где русский корабль посетил местный вождь Каумуалии. Он был заинтересован в развитии торговли с европейцами и хотел получить защиту от своего соперника Камеамеа. Уже тогда король Каумуалии просил не только железо, но и покровительства России. 
«Желательно было ему, — писал приказчик РАК Н. И. Коробицын, — чтоб мы пристали своим кораблем к его острову для защищения ево от короля Томиоми, по каковой причине» он даже выражал желание «согласиться поступить своим островом в подданство России».

Камеамеа также хотел наладить отношения с русскими. Узнав о том, что русские колонии испытывают недостаток в продовольствии, король дал знать правителю Русской Америки А. А. Баранову, что готов каждый год посылать в Ново-Архангельск (столица Русской Америки) торговое судно с грузом продовольствия (свиней, соли, сладкого картофеля и других товаров), если в обмен будут получены «шкуры морских бобров по разумной цене».

та самая книга Лисянского
Интересные соображения о перспективах развития связей между Гавайским королевством и Русской Америкой высказал тот самый граф Н. П. Резанов в письме Н. П. Румянцеву от 17 (29) июня 1806 г. «Король Сандвичевых островов Тооме-Оме-о предложил г. Баранову дружбу свою... Купил до 15 одномачтовых судов.., а ныне купил у американцев трехмачтовое судно. Штурман Кларк... два года как поселился на Сандвичевых и имеет там жену, детей и разные заведения. Он бывал несколько раз в здешних местах, был обласкан Александром Андреевичем и, зная нужды здешнего края, столь много наговорил королю своему, что тот послал трактовать о торговле, и буде позволено... Тооме-Оме-о хочет быть в Ново-Архангельске, положив основание торгу…». 
Гавайский король/вождь Камеамеа обещал возить продовольствие и хотел получать от русских промышленные и кораблестроительные товары.

В 1806 г. по своей собственной инициативе смелое путешествие из Калифорнии к Сандвичевым островам на шхуне «Св. Николай» предпринял служащий РАК Сысой Слободчиков. Камеамеа принял русских весьма благосклонно и послал Баранову подарки. Слободчиков приобрел также необходимое продовольствие в обмен на меха и благополучно вернулся в Русскую Америку.


Различие в описании местных гавайцев в начале 19в. русскими и иными моряками

Все-таки русская душа, русская сердобольность, отзывчивость и дружелюбность к другим народам - не просто слова. Наверное, это наш культурный код с незнапамятных времен. И он особенно проявляется в вахтенных журналах и дневниках моряков Англии, США и России того времени, описывающих один и тот же чужой народ в одно и то же время.
Не могу не привести несколько слов (полный текст см. тут).

Английские историки и географы стремятся доказать, что между спутниками Кука и гавайцами установились самые дружеские отношения. Но эти утверждения опровергаются тем фактом, что при вторичном посещении этих островов в 1779 году Кук был убит местными жителями - чему были веские причины

Коренное население Гавайских островов - гавайцы или канаки. По описанию Лисянского, жители острова Гавайи среднего роста, имеют светлокаштановый цвет кожи и черные прямые, коротко подстриженные волосы. Почти все островитяне татуировали свое тело разнообразными фигурами ромбической формы и изображениями ящериц, козлов и других животных. 

По уровню хозяйства и культуры гавайцы стояли значительно впереди жителей большинства островов Тихого океана. Основными занятиями их было земледелие и рыболовство. На горных склонах они устраивали искусственные террасы, на которых сажали таро, бататы, сахарный тростник, бананы, хлебные деревья и кокосовые пальмы. В засушливое время на полях гавайцы применяли искусственное орошение при помощи целой сети умело проведенных каналов. 
Из домашних животных у гавайцев были собаки, свиньи. Разводили также кур. 

Пища гавайцев состояла из свинины, собачьего и куриного мяса, рыбы, кокосов, бананов, иньяма и корня таро. Употребление свинины, кокосов и бананов женщинам строго запрещалось. Рыбу островитяне часто ели сырою, а остальные продукты пекли -в ямах, выложенных раскаленными камнями. 
В отличие от жителей других островов Полинезии, гавайцы употребляли в пищу соль и были большие охотники до соленой рыбы и мяса. Во время отлучек из селения они брали с собою небольшие шарики из муки корня таро, размачивали их в пресной или соленой воде и приготовляли мучной кисель. 
Гавайцы были искусными мореходами. Они хорошо ориентировались в море по звездам и на своих лодках - каноэ, выдолбленных из одного ствола дерева, совершали далекие плавания по Тихому океану. 

гравюра из книги Лисянского
Жителей Гавайских островов европейские путешественники изображали ворами и лодырями
Лисянский полностью опровергает эти утверждения: «Хотя предшествующие нам мореплаватели утверждают, что сандвичане склонны к воровству, но... ничего подобного за ними я не заметил». 

Также положительно отзывается он об их трудолюбии, способностях и художественном вкусе. Все изделия их, особенно ткань, которую вырабатывали женщины, из коры бумажной шелковицы, были прекрасного качества. 
Способ приготовления тканей " был точно такой же, как у жителей Маркизских островов. Расщепленным бамбуковым прутиком или деревянным вальком с нарезными узорами гавайцы изящно разрисовывали свои ткани разноцветными красками, . которые приготовляли из соков кореньев и ягод. «Увидев их в первый раз, - пишет Лисянский, - никак не мог поверить, чтобы дикий человек имел столь изящный вкус. Смешение цветов и отличное искусство в рисунке, со строжайшим соблюдением соразмерности, прославили бы каждого фабриканта даже и в Европе». 
Одежда жителей представляла смесь национальной и европейской. Национальный костюм гавайцев обычно состоял из куска ткани длиною в 4,5 и шириною - в 0,5 аршина. Мужчины носили его в виде пояса, а женщины - наподобие юбки. В холодную погоду на плечи накидывали четырехугольный кусок толстой ткани, сложенной в несколько раз. В праздничные дни богатые гавайцы наряжались в плащи и шлемы, сделанные из птичьих перьев.

15 июня Лисянский решил осмотреть селение Тавароа, где в 1779 году туземцами был убит Джемс Кук. Англичане жестоко отомстили туземцам за убийство Кука. На деревьях еще видны были следы английских пуль, от которых, как рассказывали гавайцы, погибло много людей.

храм на Гавайях. Гравюра Лисянского

Снабдив команду всем необходимым, Лисянский 16 июня покинул остров Гавайи. Он намеревался идти к острову Оаху, чтобы посмотреть военные приготовления гавайцев и повидаться с Томи-оми. Однако, узнав, что там свирепствует эпидемия, взял курс к острову Кауаи. 
Перед вечером на «Неву» приехал Томари. Он говорил по-английски (!), показал свидетельства, полученные от капитанов кораблей, которых снабжал провизией, и пригласил Лисянского побывать в его владениях. Он уговаривал Лисянского помочь ему в войне с Томи-оми, за что обещал вступить в русское подданство. Лисянский подарил Томари байковое одеяло и различные безделушки, но предложение его об оказании военной помощи принять не согласился. 

В скором времени после ухода «Невы» на Гавайских островах стали хозяйничать американцы, которые постепенно превратили их в колонию США.

Еще один штрих.
Отбыв с Гавайев, Лисянский направился в Русскую Америку (описание этого похода и быта индейцев и эскимосов см. тут).
"Дневники и журналы путешествий его и его последователей свидетельствуют, что деятельность простых русских людей на Алеутских островах, Кадьяке и Аляске носила трудовой, мирный характер и имела прогрессивное историческое значение. Племена индейцев, алеутов и эскимосов перенимали от русских новые формы хозяйства и культуру. Русские люди вывели местное население из состояния дикости, ликвидировали рабство и положили конец постоянным войнам, которые вели между собою различные племена(!) 
«Все сии племена, - пишет Ф. П. Литке, - не только живут в мире и дружбе с русскими их соседями, но нередко прибегают к их посредничеству и суду в беспрестанных между собою распрях»
О дружеских отношениях русских поселенцев к местному населению свидетельствуют частые браки между русскими мужчинами и туземными женщинами. В 1830 году на территории Русской Америки насчитывалось около 1 000 человек, родившихся от смешанных браков. Вместе с русскими детьми в школах Новоархангельска, Кадьяка и других мест обучались эскимосы, алеуты, индейцы и дети от смешанных браков (креолы). Наиболее способных юношей отправляли в Россию для дальнейшего обучения. Многие из них становились хорошими матросами, мастеровыми, бухгалтерами, приказчиками, капитанами небольших судов, начальниками крепостей и научных экспедиций. Например, известные исследователи Аляски - Александр Кошеваров, Руф Серебренников, Андрей Климовский и другие - были креолами.

Справка: Российско-американская компания, созданная в 1799 году, служила инструментом по освоению и колонизации Россией Америки предпринимателями и Российской Империей. Первоначально возникла как объединение нескольких сибирских купцов.

Лисянский и Крузенштерн

Совершенно иной характер носила колонизация Америки испанскими, английскими и американскими захватчиками, которые использовали для этой цели отряды авантюристов, бродяг и преступников. Европейцы считали индейцев «низшей расой», на них охотились, как на диких зверей, истребляли их всеми способами, вплоть до отравления источников питьевой воды. Браки между коренными жителями Америки и «белыми» строжайше преследовались. Одним из любимых изречений англо-саксонских колонизаторов было: «Самый лучший индеец - это мертвый индеец». Оставшихся в живых индейцев сгоняли в резервации - изолированные участки наименее плодородной земли (пустыни, болота), где они постепенно вымирали от голода и болезней. 
Некогда многочисленная алеутская народность в настоящее время близка к полному вымиранию. К началу второй мировой войны на Алеутских островах насчитывалось всего 400 человек, причислявших себя к алеутам. В июле 1942 года все алеуты были американцами переселены на Адмиралтейские острова Александровского архипелага. 
Для эскимосов до сих пор не создана письменность, тогда как в СССР за годы советской власти создана письменность для 25 малых народов Севера. 
Аляска и Алеутские острова очень слабо изучены. Многие районы Аляски до сих пор остаются «белыми пятнами». Автор одной из книг об Аляске в 1950 году писал: «Мы, американцы, должны сгореть от стыда за ту... безалаберность и неорганизованность, с которым наше правительство ведет сбор научных сведений об Аляске». 
В настоящее время Аляска превращена в обширный военный лагерь. Географические исследования ведутся здесь лишь в интересах военного ведомства: изыскания, связанные со строительством военных дорог и военных сооружений, поиски стратегического сырья, в особенности урана. Американские реакционные историки, географы и писатели пытаются замолчать или исказить историю русских открытий на Аляске и Алеутских островах. Но тщетны их попытки. Вечно будут жить в памяти человечества славные имена русских людей, открывших и освоивших обширные пространства Нового света.

Увы, подобную политику около 70 лет они вели и на Гавайях - особенно после ухода с них русских представительств императора Александра 1.


1808г. Первый проект по освоению Гавайских островов

Осенью 1808 г. правитель Русской Америки Баранов решил провести более серьёзное изучение Гавайских островов. Лейтенант Л.А. Гагемейстер должен был ознакомиться с архипелагом, наладить отношения с местным королем, узнать последние новости из Европы от американцев и попытаться найти к северо-западу от Гавайев острова, которые якобы были открыты испанцами еще в XVII в. В инструкциях Баранова командиру «Невы» предписывалось «обратиться наперво в Сандвичевские острова для достаточного запасения жизненной не токмо для экипажа, но и для здешнего края, ежели будет возможность, провизии, где и промедлить бурливое время года». Лейтенант должен был собрать обстоятельные сведения о политическом положении в королевстве, а затем обратить все внимание «на важнейший предмет поисков не открытых никем доселе островов» между Гавайями, Японией и Камчаткой.

Гагемейстер собрал сведения о положении на Гавайских островах и их потенциальном значении для снабжения русских владений продовольствием, и сделал вывод о возможности покупки на островах земельного участка или даже его захвата, для чего нужно было выделить два корабля.
В дальнейшем, находясь на Камчатке, Гагемейстер направил министру иностранных дел Н.П. Румянцеву проект основания на Гавайских островах сельскохозяйственной колонии. Предполагалось на первом этапе отправить два десятка работников и примерно столько же солдат при одной пушке, а также построить укрепление-блокгауз. 

Проект Гагемейстера получил поддержку Главного правления Русско-американской компании. Однако никакого отклика в русском правительстве он не нашел. Петербург не видел необходимости расширять владения, а в условиях разрыва с Великобританией (русско-английская война 1807-1812 гг.) основание колонии на далеких островах могла стать явной авантюрой. Кроме того, в Петербурге были сильны прозападные настроения и любые усилия русских подвижников по расширению наших земель где-либо и оосбенно на востоке воспринимались в штыки, тут же начинали говорить об угрозе ухудшения отношений с Западом — Англией, Францией или Америкой.

В условиях разрыва с Англией основание колонии на далеких Гавайских островах представлялось явной авантюрой. Не до Кемских волостей где-то на задворках мира нам было - Наполеон грозил с Европы.

Но длительное пребывание на Гавайях хорошо вооруженной «Невы» дало повод современникам и последующим историкам предположить, что русские хотели захватить острова или, по крайней мере, основать там свою колонию. Так, Арчибальд Кэмпбелл утверждал, что на борту «Невы» находился «сруб дома» (a home in frame) и что русские намеревались «основать на Сандвичевых островах поселение». Иностранные шкиперы распускали слухи, что русские хотят завладеть островами. Более того, известный американский историк Г.Г. Бэнкрофт утверждал, что Баранов прямо инструктировал Гагемейстера «основать поселение», а «копия его инструкций сохранилась в Ситкинском архиве».
Последнее является очевидной мистификацией, поскольку в «Ситкинском архиве» документов за 1803-1816 гг. практически не сохранилось. В то же время сами инструкции в 1987 г. были опубликованы, и в них об устройстве поселения на Гавайях ничего не говорилось.

Конкуренция за влияние на Гавайях. Начало 19 века

1815г. Миссия Г.Шеффера


Наступил 1815-й. В конце января у берегов Кауаи потерпел крушение корабль «Беринг» (капитан Джеймс Беннет), находившийся там по поручению А.А. Баранова для покупки продовольствия. Выброшенный на берег корабль вместе с грузом, который оценивался в 100 тыс. руб., был, по утверждению Беннета, захвачен королем Каумуалии и местными жителями. Именно эти обстоятельства послужили поводом для отправки на Гавайи осенью 1815 г. доктора Г.А. Шеффера (1779-1836).

Вернувшись в Ново-Архангельск летом 1815 г., капитан Беннет настаивал на необходимости отправить на Гавайские острова вооруженную экспедицию. Два других американских капитана также убеждали Баранова в военном ответе. Однако, видимо, Баранов сомневался в таком шаге и решил использовать Шеффера для разведки и дипломатии. По словам Шеффера, Баранов неоднократно совещался с ним по этому поводу и они решили, что лучше всего было бы попытаться достичь дружественного соглашения с гавайцами. Шеффер, судя по всему, в это время был единственным человеком на Аляске, который мог выполнить подобную тонкую миссию.

Георга Шеффера русские называли Егором Николаевичем. Он получил медицинское образование в Германии, переехал в Россию. Помимо медицинской практики, много времени уделял изучению ботаники и минералов, участвовал в эксперименте по строительству боевого управляемого аэростата в Воронцово. За свои заслуги был пожалован титулом барона. Потеря имущества при пожаре Москвы, и болезнь жены заставили его в 1813 году принять участие в морской экспедиции на Аляску. Там он и остался.

Г.А. Шеффер. Человек не простой - немец, лекарь, барон и магистр "Ордена масонов"

1) Шеффер и Камехамеха

Доктор вез специальные подарки, серебряную медаль и личное письмо, адресованное королю Камеамеа. В конце письма содержалась и скрытая угроза предпринять с согласия Камеамеа собственные меры против Каумуалии, если последний откажется удовлетворить предъявленные ему справедливые требования по возмещению убытков.

В инструкциях, которыми А.А. Баранов снабдил Г.А. Шеффера в начале октября 1816 г., доктору поручалось завоевать расположение короля Камеамеа и первоначально заниматься только учеными изысканиями. Лишь после этого Шеффер должен был поставить вопрос о возмещении причиненного ущерба. В качестве компенсации предполагалось получить сандаловое дерево, которое надлежало подготовить ко времени прихода русских судов. При успехе Шеффер должен был также добиться торговых привилегий и монополии на вывоз сандалового дерева, подобной той, которую ранее получили американцы. 

Если же все мирные средства будут исчерпаны, королю Каумуалии надлежало дать урок и показать в виде «острастки» военную силу, по возможности, однако, избегая человеческих жертв. И если удастся одержать победу, то в этом «удобном случае» А.А. Баранов рекомендовал «уже и остров тот Атувай взять именем государя нашего имп. всероссийского во владение под державу его» Предпринимая столь серьёзный шаг, правитель Русской Америки Баранов, видимо действовал на свой страх и риск, надеясь на старое правило, что победителя не судят.

В начале октября 1815 г. на борту американского корабля «Изабелла» (капитан Тайлер) доктор Шеффер отправился на Гавайи, куда прибыл примерно через месяц. Судя по записям самого Шеффера, уже в самом начале ему пришлось столкнуться с активным противодействием американцев, которые явно опасались утратить свои привилегии и влияние на островах.

Некоторые американские капитаны или шкиперы — Дж. Эббетс, У. Хант, «старый Джон Юнг, давно живущий на сем острове в качестве губернатора и имеющий великое влияние на короля», — уверили Камеамеа и «других лучших островитян», что прибытие Шеффера и «ожидаемые им вскоре из Ново-Архангельска суда суть неприязненные намерения русских, почему письмо с медалью... было не распечатано и возвращено».

Шефферу пришлось проявить немалую изобретательность, чтобы хоть в какой-то мере рассеять опасения короля.
Он вылечил самую любимую жену короля от лихорадки и лечил ему самому сердце.
Доктор построил дом, стал выращивать многие растения, в письмах восторженно хвалил климат, землю, дары моря. 

Острова могли стать отличной продовольственной базой Русской Америки и нашего флота на Тихом океане. Посланник Баранова отмечал, что хлеб на островах «родился на деревьях и на земле», каждый человек может приготовить любую еду — ананасы, бананы, сахарный тростник, апельсины, лимоны растут повсюду, на островах множество дикого и домашнего скота, в океане — изобилие рыбы и т. д.

Получив разрешение на устройство фактории, а также земельные участки на островах Гавайи и Оаху, Шеффер «осмотрел их и нашел способнейшими к возделыванию для многих предметов, изобильными разными строевыми лесами и сандальным деревом, водой, рыбой, дикими быками и прочим». Он построил дом и начал создавать ферму. 

Однако активность Шеффера усилила подозрительность иностранцев. Его открыто стали называть «русским шпионом». По словам доктора, на него даже организовали покушение. В результате Шеффер предпочел отправиться на остров Оаху, где и продовольствия было больше, «и жители лучше расположены к иностранцам».

В мае 1816 г. на Гавайи прибыли русские корабли: сначала «Открытие» под командованием Я. А. Подушкина, а затем «Ильмена» капитана У. Уодсворт, которая возвращалась из Калифорнии и зашла на острова для срочного ремонта. На борту этого судна находилась партия алеутов, которых возглавлял Т. Тараканов. Таким образом, у предприимчивого доктора оказались силы, которые можно было использовать для утверждения на Гавайях.

По собственной инициативе Шеффер задержал «Ильмену» в Гонолулу. Факторию он поручил П. Кичерову, а сам вместе с Подушкиным отправился на корабле «Открытие» к острову Гавайи для переговоров с Камеамеа по поводу «Беринга». 

Гавайский король по-прежнему не торопился удовлетворять требования доктора Шеффера. Сначала он попытался уклониться от встречи и вообще не шел ни на какие уступки. Не разрешил он и постройку склада на острове Оаху, хотя подтвердил, что Шеффер может в любое время использовать там половину его собственного помещения для товаров».

Видя, что переговоры с Камеамеа не сулят ему особых успехов, Г.А. Шеффер решил не теряя времени следовать к острову Кауаи. 16 (28) мая 1816 г. корабль «Открытие» бросил якорь у берегов этого острова. Началась самая удивительная и важная часть гавайской экспедиции доктора Шеффера.

Геополитическое положение Гавайских островов

2) Шеффер и Кумуалии

21 мая (2 июня) 1816 г. Шеффер, казалось, достиг невероятного. В торжественной обстановке Каумуалии — «король островов Сандвичевских, лежащих в Тихом Северном океане, Атуваи и Нигау, урожденный принц островов Овагу и Мауви» — смиренно просил «Его величество государя императора Александра Павловича... принять его помянутые острова под свое покровительство» и обещал навсегда быть верным «российскому скипетру». 

В тот же «исторический» день было подписано еще одно соглашение, по которому Каумуалии обязался не только возвратить спасенную часть груза «Беринга», но и предоставить Российско-американской компании монополию на торговлю сандаловым деревом. Компания получила также право беспрепятственно учреждать во владениях Каумуалии свои фактории.

1 (13) июля 1816 г. заключил еще и «тайный трактат», по условиям которого Каумуалии выделял 500 человек для завоевания «ему принадлежавших и силою отнятых» островов Оаху, Ланаи, Науи, Малокаи «и прочие», а общее руководство экспедицией поручил бравому доктору медицины. «Король дает доктору Шефферу, — указывалось в трактате, — бланк на оную экспедицию и всякую помощь для строения крепостей на всех островах, в коих крепостях и будут русские командиры, так, как в гавани Ганаруа (Гонолулу) на острове Вагу» (Оаху).
Отдельно оговаривалось, что Российско-американская компания получает от короля половину принадлежавшего ему Оаху, а также всё сандаловое дерево на этом острове. Гавайский король Каумуалии обязывался заплатить за все товары, что он получил и еще получит (железно, корабельные принадлежности и т. д.) — «сандальным деревом». Король Каумуалии также отказывался от любой торговли с американцами. А Шеффер обещал «завести фабрики и лучшую экономию, через которую бы здешние жители просветились и обогатились».


Таким образом, часть Гавайев перешла под протекторат Российской империи. Россия могла получить стратегический плацдарм в центральной части Тихого океана. Он имел значение как продовольственная база и мог стать отличной военно-морской базой, а в далекой перспективе и воздушной. С учётом того, что России принадлежали Дальний Восток, Курилы, Камчатка, Алеуты, Аляска и часть Калифорнии, Русская империя могла получить контроль над всей северной частью Тихого океана.




Главной причиной неожиданного успеха Шеффера на острове Кауаи явилась давняя вражда между двумя гавайскими королями. Опираясь на покровительство и помощь России, Каумуалии рассчитывал не только утвердить свою независимость от Камеамеа, но и отвоевать некоторые другие острова.


Г.Шеффер строит русский форт на Кауаи

Не считаясь с реальными возможностями, Шеффер развернул на Гавайских островах и, в первую очередь на острове Кауаи, кипучую деятельность. При «благоприязненном расположении» Каумуалии предприимчивый доктор «в продолжении 14 месяцев выстроил на Атувае с помощью данных от короля островитян в Вегмейской долине несколько домиков для фактории и завел сады, а для магазина король дал каменное строение; по его же приказанию старшины провинции, в которой гавань Ганнарей, торжественно сдали оную Шефферу с населяющими оную 30 семействами. 


Он осмотрел сию гавань, реку Вагмею, озера и все местоположение, заложил на трех возвышенностях крепости, назвав одну Александровской, другую Елизаветинской и третью именем Барклая, а долину Ганнарейскую по желанию короля наименовал по своему имени Шефферовой... К строению оных крепостей король давал своих людей.


"Сия провинция изобильна малыми речками, богатыми рыбами, поля, горы и вообще местоположение пленительное, почва же земли благонадежнейшая к насаждению винограда, хлопчатой бумаги, сахарного тростника", которых он несколько и насадил, заводя сады и огороды для многих нежных плодов. Урожай оных удостоверил Шеффера о великой пользе, которую сие место и вообще все острова приносить могут России, и даже вычислил интерес из того урожая, который он видел от своего насаждения.

6 (18?) сентября 1816 г. на корабле «Авон» Шеффер отправил подлинники соглашений, заключенных с Каумуалии. Желая как можно скорее оповестить о своих успехах петербургское начальство, доктор Шеффер направил копии соглашений на другом американском судне в Кантон и далее через Западную Европу в С.-Петербург. Описывая свои сказочные достижения на Гавайских островах, Шеффер одновременно просил прислать из С.-Петербурга два хорошо вооруженных корабля с надежной командой. Военный фрегат, по мнению доктора, был бы весьма полезен для защиты интересов России у северо-западных берегов Америки.

Однако расчёты Шеффера на поддержку Баранова, а главное русского правительства, не оправдались. Когда осенью 1816 г. И. Уитмор прибыл в Ново-Архангельск, правитель русских владений в Америке Баранов покупку корабля «Авон» «не апробовал и от платежа отказал». Получив подлинники соглашений предприимчивого немецкого доктора и ознакомившись с его донесениями, «А.А. Баранов немедленно написал ему, что не может без разрешения главного правления одобрить заключенные им условия», и запретил «входить в каковые-либо дальнейшие спекуляции».


Прибытие на Гавайи экспедиции Коцебу

Отто фон Коцебу
К сожалению, в начале декабря 1816 г. у берегов Гавайских островов появился совершавший кругосветное путешествие бриг «Рюрик» под командованием О.Е. Коцебу. Поскольку Шеффер давно уже распустил слухи о скором приходе к нему на помощь русского военного корабля, Камеамеа приказал выставить на берегу целое войско — около 400 человек, вооруженных ружьями.

С большим трудом Коцебу удалось убедить короля в дружественных намерениях русских, и 24 ноября (6 декабря) 1816 г. состоялась его встреча с Камеамеа, «обратившим на себя внимание всей Европы». Благоприличием, непринужденностью и ласковостью в обращении король сразу же вселил «величайшую к нему доверенность». Когда Камеамеа начал жаловаться на действия доктора Шеффера, Коцебу поспешил заверить короля, что Александр I «отнюдь не имеет желания овладеть островами».

С редкой наблюдательностью и чувством юмора О.Е. Коцебу описал нравы и обычаи жителей Гавайских островов и, в частности, обращал внимание на своеобразное влияние европейской моды. Местные жители, по отзыву Коцебу, «в странном смешении представляли то матроса, то модного щеголя... Мода до такой степени здесь владычествует, что даже низшего состояния люди почитают необходимостью носить что-либо из европейской одежды: иной ходит в одной рубашке, другой — в панталонах, а третий щеголяет в одном жилете. Нет сомнения, что американцы скупают в городах своих вышедшие из моды платья и продают оные здесь с большим барышом».

Во время своего пребывания на Гавайских островах О.Е. Коцебу установил самые дружественные отношения с островитянами, а покидая 14 (26) декабря 1816 г. Гонолулу, «велел солютовать крепости 7-ю пушечными выстрелами... Таким образом, европейский обычай введен на Сандвичевых островах».

Находившийся на Гавайях вместе с Коцебу естествоиспытатель А.Шамиссо, оценивая международное и внутреннее положение островов, пришел к заключению, что «Сандвичевы острова останутся тем, что доныне были: вольным портом и торговым местом для всех плавателей по сим морям. Если какая-нибудь иностранная держава вздумала бы овладеть сими островами, то для соделания такового предприятия ничтожным не нужно бы ни завистливой бдительности американцев, присвоивших себе почти исключительно торговлю на сих морях, ни же надежного покровительства Англии... Народ сей не покоряется иностранцам, он же слишком силен, слишком многочисленен и слишком любит войну, чтобы возможно было истребить оный...».


Завершение проекта Г.Шеффера

Положение Г.А. Шеффера становилось все более затруднительным.

Несмотря на торжественные соглашения, заключенные с Каумуалии, положение Г.А. Шеффера становилось все более затруднительным. Уже в сентябре 1816 г. под угрозой применения силы была оставлена фактория на Оаху, а затем американские капитаны предприняли попытку (правда, без успеха) спустить русский флаг в селении Ваимеа (остров Кауаи). Ситуация еще более осложнилась, когда стало известно, что рассчитывать на поддержку А.А. Баранова и О.Е. Коцебу не приходится.

«Почти все мореходы Соединенных Американских Штатов, — указывал Т. Тараканов и другие служители Российско-американской компании, — имеющие торговлю на норд-вестовом береге.., старались прежде и теперь замышляют побудить индейцев на Сандвичевых островах к произведению революции. На острове Атувае именем тамошнего короля Томари и его таенов в 1816 году завели они факторию для противодействия русским и Российско-американской компании...».

Вот они первые американские "оранжевые революции".

Надеясь сохранить свои позиции на острове Кауаи, Г.А. Шеффер обратился к служащим Российско-американской компании с призывом взяться за оружие и «показать, что русская честь не так дешево продается». 
11 июня 1817 г. бравый доктор медицины сообщал А.А. Баранову, что «весь народ» с ним согласен удержаться на Кауаи, «покуда от Вас придет помощь», и что он занимает «здешний остров теперь во имя нашего великого государя».

Вскоре, однако, стало ясно, что общее соотношение сил складывалось явно не в пользу Шеффера. Излагая последующие события на острове Кауаи, служащие компании доносили, что "граждане Соединенных Штатов ложно объявили, что «американцы с русскими имеют войну, угрожая притом, что если король Томари не сгонит вскорости с Атувая русских и не снимет российского флага, то придут к оному 5 американских судов и убьют как его, так и индейцев. Тогда те самые американцы, кои находились в русской службе, взбунтовались против русских".

Когда же вспыхнула на острове революция, то американец Виллиам Воздвит (William Wadsworth?), бывший капитаном на нашем бриге «Ильмень», убежал к индейцам на берег. Индейцы, соединясь с американцами, всех русских отправили с берега на наши суда... Противиться врагам нашим нам никак не было возможно; силы наши были слабы, а американцы и англичане, бывшие в нашей службе, все нам изменили, кроме Жорч Юнга (George Young), бывшего начальником судна «Мирт-Кадьяк», оставшегося на нашей стороне. Судя по журналу Шеффера, это произошло 17(29) июня 1817 г.

С огромным трудом полузатонувший «Кадьяк» добрался до Гонолулу. Выпалив из пушки и подняв белый флаг, Шеффер запросил разрешения срочно войти в гавань. Только через девять дней, 1(13) июля 1817 г. терпящий бедствие «Кадьяк» был наконец допущен во внутреннюю гавань. «Американские капитаны, — с горечью писали Т. Тараканов и его товарищи по несчастью, — ...считают за ничто, если русское судно потонет и люди в оном погибнут, лишь бы только удалось им получить лишнее полено сандального дерева». Хотя и с опозданием, Г.А. Шеффер наконец понял, «что рецепт — уступить и убраться домой — гораздо спасительнее и здоровее, нежели ратоборствовать и возложить на меч руку, привыкшую к ланцету». 

Трудно сказать, как сложилась бы судьба незадачливого завоевателя «края вечной весны», если бы в Гонолулу не зашел американский корабль «Пантер» под командованием капитана Льюиса, который из чувства признательности Шефферу за оказанную год назад медицинскую помощь согласился «отвезти его по спопутности в Кантон». Оставив на острове Оаху большую группу русских и алеутов во главе с Таракановым, Шеффер 7(19) июля 1817 г. навсегда покинул Гавайские острова. Его сопровождали всего два человека — алеут Г. Изкаков и служитель компании Ф. Осипов.

Так закончилась гавайская часть авантюры доктора медицины.

Увы, но слишком с большим опоздание дошли письма и документы от Шеффера в Петербург. По сути весть о революции и проблемах совпали с вестями о просьбе подданства.
Императору нашептали о сложностях транспортного обеспечения и воинственности местного населения и в феврале 1818 г. стало объявлено об окончательном решении Александра I по вопросу о Сандвичевых островах:

«Государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принесть России никакой существенной пользы, но, напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами. И потому Его величеству угодно, чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановлением с ним вышеупомянутых благоприязненных сношений и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Американской компании, поколику оные сообразны будут сему порядку дел».

Император и самодержец всероссийский и прочих земель, включая Гавайи Александр I на орловском рысаке

А что же доктор Шеффер? 

Он рук не опустил! Он узнал от русского посланника в Дании, что Александр I отправился на конгресс в Аахен.

Встретиться с Александром I и лично вручить ему «Мемуар о Сандвичевых островах» Шефферу не удалось. Зато настойчивый доктор сумел в сентябре 1818 г. передать эту записку обоим руководителям русского ведомства иностранных дел — И.А. Каподистрии и К.В. Нессельроде.

Шеффер рекомендовал царскому правительству захватить не только остров Кауаи, но и весь архипелаг.
По мнению Шеффера, «для произведения сего в действие потребно токмо два фрегата и несколько транспортных судов. Издержки за сие будут одним годом вознаграждены от произведений, особенно же сандалом, растущим на Атувае, Ваге и Овайге, который скоро и верно распродается в Кантоне».

Доктор предлагал свою кандидатуру в качестве руководителя военной экспедиции. «Я обязанностью почту произвести в действие сие предприятие и покорить Вашему императорскому величеству все Сандвичевы острова, буде благоволите мне оное поверить, и, хотя я и не воинского звания, однако ж оружие мне довольно известно и притом имею столько опытности и мужества, чтобы отважить мою жизнь для блага человечества и пользы России...».

Во время конгресса в Аахене ни император, ни его министры не имели ни желания обсуждать проекты доктора Шеффера. Поэтому было решено отложить рассмотрение его записки до возвращения Александра I в С.-Петербург.



В дальнейшем рассмотрением предложений доктора Шеффера занимались несколько ведомств и организаций (Министерство иностранных дел, Департамент мануфактур и внутренней торговли, Российско-американская компания), и в результате чиновники благополучно замылили и проект и самого доктора и заодно политику России на долгие годы вперед.

Пойти на захват новых земель Россия не могла. Подобное решение не соответствовало с общим направлением политики России того времени. Отказываясь от земель на Тихом океане, Александр I рассчитывал удержать Великобританию от захватов территории распадающейся Испанской колониальной империи. Кроме того, правительство не хотело ухудшать отношения с США перед началом переговоров по включению их в состав Священного союза.

Доставшего всех своими планами Шеффера обвинили в неразумных тратах и превышении полномочий. Попытки привлечь Шеффера к ответственности и заставить хотя бы частично возместить убытки ни к чему не привели. Сам Шеффер никаких средств не имел, и со своей стороны, засыпал Главное правление требованиями выплатить ему жалованье и покрыть расходы в пути.

В конечном итоге РАК сочла за лучшее дать свое согласие на «увольнение» доктора в Германию. Который на пенсии не сидел, а основал большую немецкую колонию в Америке.

Вы думаете попытки гавайцев стать русскими подданными закончились? Отнюдь!

8 мая 1819 г. в возрасте около 70 лет скончался Камеамеа — самый известный из всех гавайских вождей. Его сменил сын короля Лиолио.
Новую и, насколько нам известно, последнюю попытку склонить царское правительство к присоединению Сандвичевых островов предпринял Петр Васильевич Добелл, назначенный русским консулом в Манилу (его изображение найти не удалось).

Отправившись к месту назначения из Петропавловского порта в октябре 1819 г., Добелл был вынужден зайти на два месяца на Гавайские острова, чтобы произвести ремонт своего корабля. Во время пребывания на островах зимой 1819-1820 гг. консулу намекнули что новый король помнит о России. Он приказал своему секретарю написать Александру I письмо и отправить вместе с Добеллом специальные подарки — одежду и головной убор из перьев, а также лодку, изготовленную местными жителями. Все это сейчас благополучно хранится в Кунсткамере.

В письме императору Александру король жаловался на действия Российско-американской компании, которая сначала пыталась захватить один из принадлежавших ему островов, а затем «купила» у Каумуалии остров Кауаи. «Но поелику король Тамарей есть данник наш, то он и не имел никакого права продавать остров сей», — писал Камеамеа II и далее просил Александра I оказать ему «помощь и покровительство... для поддержания власти и престола», который оставлен его отцом, скончавшимся 8 мая 1819 г.

Когда Добелл спросил короля, не убили и не обидели ли русские кого-либо из его подданных, то получил заверение, что во время пребывания на островах они вели себя хорошо. Консул сообщал далее, что первоначально местные жители встретили русских очень доброжелательно, но «капитаны иностранных судов и англичане, поселившиеся на островах, завидуя этому предпочтению, начали интриговать с губернатором и вождями индейцев с тем, чтобы их изгнать». После того как П. Добелл рассеял «подозрения и страхи сандвического короля», тот его заверил, «что русские могут приезжать жить и торговать на островах, как и все другие нации, и что их будут хорошо принимать».


К месту своего назначения в порт Манилу Добелл прибыл только 28 марта (9 апреля) 1820 г. и провел там около трех месяцев. Расчеты консула на необычайную выгодность торговли с Филиппинами не оправдались. Он выехал в Макао, где возобновил свое знакомство с агентом шведской Ост-Индской компании А. Лунгстедтом, который одно время жил в России. Именно А. Лунгстедт осенью 1817 г. приютил доктора Шеффера, бежавшего с Гавайских островов, и затем помог ему выехать из Макао в Рио-де-Жанейро.

Теперь же он ознакомил П. Добелла с пространным мемуаром о Гавайских островах, «составленным главным образом на основе информации, полученной от доктора Шеффера». Полностью разделяя мнение А. Лунгстедта о выгодах присоединения Гавайских островов к России, П. Добелл переслал 1(13) ноября 1820 г. этот «мемуар» в С.-Петербург, сопроводив его своими комментариями.

От себя консул подчеркивал, что, если уж начинать операцию, необходимо сразу же занять четыре главных острова архипелага. Для этого, по его мнению, требовалось 5 тыс. солдат и моряков, а также 300 казаков. Экспедиция должна тайно отправиться на Гавайские острова с Камчатки на 2 кораблях (60 и 40 пушек), 4 фрегатах и 2 бригантинах «под предлогом доставки колонистов и провианта». Понимая, что Россия не очень нуждается в расширении своих и без того огромных владений, П. Добелл отстаивал «абсолютную необходимость» нового приобретения для существования старых русских владений. При этом заработало и богатое воображение консула: «В руках России эти острова превратятся в самые богатые острова Востока; предоставленные же самим себе, они станут пристанищем пиратов». Под властью России острова будут средоточием всей тихоокеанской торговли (le riche depot de tout le commerce de la mer Pacifique) и т.д.

Увы, но какого-либо ответа на свои реляции от императорских чиновников П. Добелл так и не получил.

В течение некоторого времени П. Добелл продолжал посылать письма, в которых убеждал царское правительство одобрить проект и овладеть Гавайскими островами.

«Мы неизменно надеемся, что Его императорскому величество соблаговолит одобрить предложения г-на Лунгстедта о захвате этих островов русскими войсками, которые я имел честь переслать Ваше превосходительству» Увы, царское правительство не хотело даже обсуждать уже отвергнутые ранее предложения.

15(27) марта 1821 г. Россия по сути дела, признала Гавайские острова сферой преобладающего влияния американских интересов. Поскольку американцы "оказали большие успехи в своих интригах в единую свою пользу, то нам нет надежды иметь от сих островов пользы, тем паче что воля государя есть, чтобы мы пользовались на оных не иначе, как и прочие иностранцы".

«Политические отношения народа и короля, — доносил М.И. Муравьев в С.-Петербург в начале 1822 г., — остаются те же: король мотает, народ страдает, а американцы наживаются, только ненадолго; сандальное дерево доставать час от часу труднее, и, следовательно, платеж за него возрастает... Некоторые американцы (например, Девис) живут там более 15 лет.., они имеют очень много способов и в познании местных обстоятельств, и в связях, но, если кто другой без сих выгод захотел что-либо там закупить, он верно будет обобран и обманут»...

Осталось ли на Гавайях что-то русского в память о тех временах? 

Да. На бескрайних просторах Тихого океана, в самом его центре, на 26 градусах северной широты и 174 градусах восточной долготы, в северо-западной части Гавайского архипелага расположен необитаемый и ныне остров Лисянского.

Остров Лисянского

Крепость построенная Шеффера использовалась Гавайским королевством до 1864 года под названием Форт-Хипо, после чего была оставлена.


В 1966 году ее руины были объявлены Национальным историческим памятником США. В настоящее время на 17,3 акрах вокруг крепости размещается исторический парк «Русский форт Елизаветы» (Russian Fort Elizabeth State Historical Park).




Увы. Так Россия потеряла не только курорт и подданных, но и очень важное стратегическое место, которое пригодилось бы России и тогда и сейчас.

Монета 2013 года посвящена встрече российского посланника Шеффера с гавайским королём в 1816 году.


Постскриптум

Справедливости ради замечу, что в 1794 г. - за 8 лет до прихода русских на Кауаи! - Джордж Ванкувер уговорил Наполеона Тихого океана заручиться покровительством британского короля и поднять английский флаг, а для большей «неоспоримости» прав Георга III на «обладание Сандвичевыми островами» установил медную доску с соответствующей надписью. 
И Камехамеха I сделал это - таким образом, в 1794г. пять из семи Гавайских островов вошли в британский протекторат.

Но... британское правительство благоразумно отказалось от «подарка» Ванкувера. В 1783г. США стали независимой и спустя 10 лет были весьма сильной державой. Не располагая в период войн в Европе сколько-нибудь значительными силами для активной деятельности в районе Гавайских островов, Великобритания сосредоточила свое внимание на Австралии и прилегающей к ней части Полинезии - и, как и Россия, де-факто сдала Гавайи американцам.
Что ж, видно такова была  Судьба Божия...

автор статьи Елена Шандрикова
По материалам книги Лисянского,


 


Комментариев нет:

Отправка комментария