1900-1959 Гавайи в статусе "Территории" под опёкой США

/глава из книги "Kumu Hula. Roots and Branches"/
В каком-то смысле в начале 20 века хула как исконное культурное явление и духовная основа жизни гавайцев прошла самую нижнюю, худшую точку своей жизни, и эта ситуация не была исправлена до конца в течение еще многих лет.

В то же время, современные гавайские танцы и музыка бурно менялись и развивались одна форма за другой. Можно даже сказать, что в этом смысле хула не только уцелела, но даже процветала - что не удивительно, ведь во 2-й половине 19 века (во временя правления королевской династии Калакауа) гавайское общество уже показало себя способным меняться, шагать в ногу со временем.

Местные композиторы теперь писали песни на английском и в лирическом, душевном стиле, что привлекало внимание людей до самого Нью-Йорка - и в течение ряда лет современные песни и танцы гавайцев сформировали отношение к себе в США отношение как к национальной причуде и опознавательному признаку "всего гавайского". Почти полностью коммерциализированной, исключительно популярной и прибыльной..

Еще как студент-юрист Йельского Университета, гаваец Sonny Cunha в 1910г. написал "Мауналуа хула" - мелодию, известную как "Boola-boola":



- и она по сей день является гимном национального футбола. Сочинения гавайских композиторов, таких как Джонни Нобл, "гавайский король джаза", и Р.Алекс Андерсон, первыми ласточками зазвучали на знаменитой Tin Pan Аллее, аллее музыкантов и людей искусства, источника самых популярных создателей песен в Америке.

Результатом этого стала волна развлекательных "гавайских" мелодий, написанных ньюйоркскими музыкантами, никогда  не бывшими на Гавайях. На волне этого ажиотажа хула была представлена в бестолково-капризном множестве Бродвейских театров водевиля, причем танцорами были не-гавайцы (то есть самими американцами, не изучавшими хула, а танцевавшими нечто в стиле увиденного на выставке - прим.перев.).
В итоге только совместными усилиями американских композиторов, драматургов и пиарщиков на острова Южных морей установился романтичный взгляд еще задолго да появления на них туризма. Так, одно знаменитое тогда шоу открыто признало гавайскую музыку и танцы красивыми, хотя все его танцоры были белыми женщинами (читай - никогда не были на Гавайях).

Тем временем на самой Территории Гавайи англоязычные публикации продолжали говорить о хуле как отвратительной, с целью окончательно ее искоренить. То, что хула корнями уходит в любовь и отношения с Богом, считалось бесстыдной ложью.

Однако с 1920-х пароходные компании стали совершать регулярные рейсы для желающих посетить острова - и в Гонолулу сразу появилось много работы для гавайских музыкантов и танцоров в новых отелях. Хула и укулеле были теперь всемирно известны, и потребность во всё новых мелодиях была постоянной. Hapa haole hula ("наполовину белая", под лирические песни на английском), стали фирменным знаком, визитной карточкой тех мест.
Впрочем, гавайцы танцевали и сочиняли новые песни и для самих себя тоже, и из того периода к нам пришло много песен, ставших классикой - таких как "Lovely Hula Hands" (любящие руки хула):




 В 1930-х Голливуд тоже взял направление на романтизм Южных Морей и стал выпускать фильмы с гавайскими звездами (такими как легендарный пловец и сёрфер Дюк Каханамоку).
Однако сама хула все еще рассматривалось как неприятно-мучительное сексуальное шоу, и описывалось как аляповатое спаривание, один из видов гламурного безделья повсюду в тропиках. Аудитория США любила такую, сильно подешевевшую и совершенно не аутентичную версию. И снова - в "гавайских" шоу в США танцевали исключительно белые женщины, никогда не изучавшие гавайские танцы.

 Итак, американцы привыкли воображать себе Гавайи и гавайцев в некоем романтическом ореоле - как беззаботный мир красоты с полураздетыми смуглыми людьми. Только очень состоятельные люди могли позволить себе купить билет на острова.

И  так было вплоть до начала Второй Мировой войны, когда тысячи молодых солдат были высажены на американских военных базах Гавайев (это была не только знаменитая бухта Пёрл-Харбор рядом с Гонолулу, разбитая японцами в 1941, но и множество "точек" ПВО, топливных хранилищ и авиабаз, в т.ч. даже целый остров Кахоолаве - прим.перев.). 
Сперва они, действительно, увидели только "выдуманную" версию жизни на Гавайях - потому что хула и иные гавайские представления были основным элементом развлекательного досуга военных на Гавайях, как и в самой Америке тех лет (в оригинале книги - "как и по всему миру" :)) - прим.перев.).
Но местные певцы и танцоры Гонолулу развивали у публики также и свои собственные представления, несмотря на то что голливудский стереотип всё еще доминировал. 

И в 40-х, а затем и в послевоенных 50-х, хула снова пережила очередную трансформацию и стала кое-чем еще: большим бизнесом. Пляж Вайкики (самый известный серфинг-пляж в столице островов, Гонолулу) стал всеобщей целью не  только американских бизнесменов, рванувших скупать земли и строить отели, но и простых людей - отныне путешествия на Гавайи стали им по карману.

Популярная хула приобрела элегантность в эру "золотого голоса" Альфреда Апака и "певца-романтика" Чарльза К.Л.Дэвиса.
Также, снова расцвела старая гавайская традиция комической хула - благодаря великой характерной танцовщице-актрисе Хило Хатти (Hilo Hattie):




 Однако, против всех шансов, древний стиль хула не умер. Начав еще в 1920-х, учителя, глубоко преданные идее возрождения подлинной хула и ее признанию, восполняли новое поколение танцоров, осторожно отбирая себе учеников приватным порядком. От них требовались годы преданности и послушания своему учителю, тяжелая отработка физически сложных в исполнении шагов и телодвижений и знание гавайского языка (который всё еще был под запретом во всех общеобразовательных гавайских школах).
Естественно, обучение древней хула имело место преимущественно в сельской местности и в большом удалении от городов - зато так обучение шло вполне безмятежно в течение целых десятилетий.

В середине 30-х Джордж Моссман открыл Lalani Village на Вайкики, где представил впервые аутентичную, коренную хула зрителям.

представление в Lalani Village, фото музея в Гонолулу

Он также продвигал искусство James Kapihe Palea по прозвищу "Kuluwaimaka", одного из знаменитейших исполнителей коренных гавайских песнопений (chanters):
альбом James Kapihe Palea
Всё это дало начало росту интереса к "истинной" хуле, которое неуклонно росло и позже вылилось в создание школы хула Ulu Mau Villige и Полинезийского Культурного Центра (Гонолулу).
Ulu Mau Villige сегодня доступна для посещения
Так, в течение 1950-х обучение хула и студии хула стали нормальным явлением. Там гавайские и другие местные девочки обучались у стандартного "репетитора" танцам hapa haole (см. выше, стиля хула под английские лирические напевы), зачастую в течение всего одного года и даже меньше, и начинали выступать перед туристами.

Самый знаменитый танцор хула времен "Территории"
 Некоторые труппы танцоров были хорошо организованы и искусно адаптировали свои выступления к последним новинкам песен. Они оставались вместе в течение многих лет, разрастаясь при этом - и в итоге могли давать представления в широком диапазоне песен и включали юных, пожилых и среднего возраста танцоров.
Большой массив популярной классики пришел именно из тех лет и остался возлюбленным всеми гостями Гавайев.

Мужчины, однако, после войны почти исчезли со сцены - в первую очередь как танцоры-воины (loa), потому что мальчики и молодые мужчины теперь избегали танцев как женоподобное искусство.
Конец этого десятилетия сопровождался новой волной перемен в искусстве хула, который продолжается по сей день.

 Авторский перевод Е.Шандриковой,
иллюстрации оригинальные,
а также фото и видео архива музеев Гонолулу



Комментариев нет:

Отправка комментария